Поднявшись из-за стола, я снял с себя плащ и повесил на спинку стула. Туда же отправилась и шелковая рубашка, после чего я остался стоять в одних штанах. Впрочем, вскоре они тоже полетели на спинку стула.
— Но покой ведь нам только снится, правда? — криво улыбнувшись, сказал я, взяв со стола инструмент для вырезания рун.
Зажав его в правой руке, левой я подхватил скомканный лист пергамента и трансфигурировал из него деревяшку, которую тут же зажал в зубах.
— Ну ф вохыом, — промычал я, перехватывая инструмент поудобнее.
Поднеся его к свободной руке, я сделал первый надрез. Зашипев от боли, я попытался от нее абстрагироваться и продолжил свое занятие. Надрез за надрезом. Руна за руной. Все медленно, но верно начинало превращаться в единый рисунок. В какой-то момент мне даже пришлось создать себе пару зеркал, что вырезать руны на своей спине, удерживая инструмент с помощью телекинеза.
По окончании процесса я оказался полностью исписан рунами. Впрочем, простой человек скорее всего ничего бы не смог разглядеть за тем количеством крови, что из меня вылилось. Только метаморфизм помогал мне хоть как-то контролировать кровопотерю.
Выплюнув деревяшку, я прошел к свободному месту на полу, где начал выводить еще один рисунок. Нужно было начертить ритуальный круг. К счастью, на него ушло не так уж много времени.
Затем я прошел к столу, аккуратно положил на него инструмент и взял склянку с зельем. После чего вернулся к ритуальному кругу и сел в самый центр, сложив ноги.
— Если это не сработает, — немного нервно пробормотал я, — то я точно кого-нибудь убью.
С этими словами я опрокинул в себя содержимое емкости и выбросил ее за пределы круга. Положив руки на колени, погрузился в медитацию, параллельно активируя круг и руническую вязь на теле.
Сказать, что было больно или неприятно, было бы преуменьшением. Впрочем, постепенно человек способен привыкнуть к любой боли, равно как и к жжению во всем теле. Оно то нарастало, то убывало. То проходило волной по всему телу, то концертировалось в одном месте. В какой-то момент стало казаться, будто клетки организма взбунтовались и пожелали сжечь себя, чтобы не допустить к себе чужеродную энергию. Но я терпел и продолжал контролировать процесс. Надежда на успех все еще продолжала теплиться во мне.
Не знаю, сколько прошло времени с момента этого эксперимента, но в один миг я почувствовал, как жжение начало убывать. И так до тех пор, пока оно не пропало вовсе.
Более не чувствуя боли или дискомфорта, я был готов прыгать от радости. Параллельно с этим пообещал сам себе больше не проводить подобных экспериментов. Все же я не из тех, кто страдает мазохизмом.
Медленно поднявшись, я вышел из круга на негнущихся ногах. Восстанавливая дыхание, я осмотрел свое тело, на котором не осталось и следа от рун.
— Сработало? — непонимающе спросил я сам себя.
Чтобы это понять, нужно было прислушаться к себе. Но сделать я это не успел. Меня скрутило от резкой боли, которая была в десятки раз сильнее, чем та, что я испытал во время ритуала. Упав на пол, я не знал, куда себя деть. Надеясь облегчить свое состояние, я принял истинный облик. Возможно, это было сделано зря, но покажет результат только время.
Продолжая биться на полу от нестерпимой боли, я начал когтями крошить камень. Мой хвост хаотично бил обо все вокруг. В какой-то момент я зацепил им рабочий стол, который в тот же миг разлетелся на куски.
Не знаю, сколько это могло продолжаться, но вдруг я почувствовал, как внутри меня нарастает энергетический сгусток. В это время Тьма, которая была частью меня, стала обволакивать его, словно желая поглотить. Происходила странная борьба, которую я не мог контролировать. Но мне хотелось как можно скорее все это закончить.
Меня хватило только на то, чтобы, сосредоточившись, попробовать избавиться от чужеродной энергии, которая наверняка и стала причиной моего состояния. И либо мое желание было настолько сильным, либо организм только этого и ждал, но я наконец почувствовал, что вот-вот произойдет выброс энергии.
Единственное, что я успел сделать — укутаться в кокон, полностью состоящий из Тьмы.
Прошли мгновения. Выброс произошел, но не было никаких изменений, кроме того что я почувствовал себя таким, как прежде, до этого идиотского ритуала. Чужеродной энергии во мне более не наблюдалось, отчего я мог позволить себе развеять кокон.
— И какого хрена это было? — пробормотал я, совершенно ничего не понимая и мысленно зарекаясь более не проводить над собой никаких опытов.
Аварис.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя после эксперимента. И все это время я просто лежал распластанный на полу и наслаждался отсутствием боли. В голове то и дело роились различные мысли. Начиная с навязчивой и съедающей меня изнутри мыслишки о том, зачем я вообще затеял столь опасный эксперимент, не проверив все досконально, и заканчивая размышлениями о том, что я все же приобрел входе этой авантюры.
