Подстелив по себя плащ, Эрланд сполз на него и облокотился на бревно, на котором только что сидел. Сложив руки на груди и опустив голову, убийца чудовищ практически моментально уснул.
Я же, тем временем, создал сигнальную сеть и раскинул ее на сотню метров вокруг нас. Теперь подобраться к нашей стоянке незамеченным выйдет далеко не у каждого. Посему можно было немного расслабиться и предаться воспоминаниям.
Завершение ведьмаком заказа означало только одно — вскоре он покинет деревню. Несомненно это заставило меня начать действовать. Ведь упускать возможность обзавестись таким спутником, который хорошо осведомлен реалиями этого мира, было бы глупо с моей стороны. Поэтому я сразу же напросился к нему в компанию, прозрачно намекая, что он, вообще-то, остался мне должен за помощь. И тот факт, что все это время целью в этой своеобразной охоте был я сам, волновал меня крайне мало.
Конечно, Эрланд пытался сопротивляться, приводя совершенно нелепые доводы. Например, что ведьмаки работают в одиночку. Как по мне, глупость несусветная. Наверное, именно поэтому у профессии ведьмака такая большая смертность. Ну и плюс потому, что некоторые идиоты вступают в бой с несоизмеримо более сильным противником. Но это уже другая история.
Я же, в свою очередь, заверил ведьмака, что не буду мешаться под ногами. Но это касалось только ведьмачьих заказов. В любом случае, я оставался в плюсе.
Наверное, единственное справедливое замечание Эрланда касалось деревни и того, что я собирался оставить бедных кметов без знахаря. Но я от него отмахнулся, прекрасно понимая, что рано или поздно они найдут нового. Правда, это все равно не помешало мне позаботиться о том, чтобы деревенские могли хоть как-то справляться и без посторонней помощи. Поэтому каждый житель Подгорки стал гордым обладателем простого амулета, единственной целью которого стало укрепление здоровья владельца. И, чтобы обеспечить определенную автономность работы артефакта, я замкнул его подпитку за счет излишков жизненной энергии носителя. Наверное, это было излишне — придумывать подобную систему для серии простеньких амулетов. Но я смотрел на это, как на вызов.
В день, когда нам предстояло двинуться в путь, нас провожали всей деревней. Одни были опечалены фактом моего ухода, как та же Маришка, которая будет вынуждена искать другой источник спасения от своего «недуга». Кому-то было откровенно все равно, есть я или меня нет. К таким людям относился староста, который философски рассуждал, что наличие чародея в деревне, так еще и благосклонно к ней настроенного, не могло продлиться долго. Пожалуй, только Садко, единственный выживший из той тройки идиотов, что пытались поджечь мой дом, был откровенно рад, что я покидаю их деревушку.
Необходимо было занять себя делом на эту ночь. И раз ведьмак, сам того не понимая, бросил мне вызов, заявив, что я мог бы переместить нас прямиком к крепости, я не мог его не принять. Стоит придумать способ ускорить передвижение. Возможно, стоит усовершенствовать Крылья Тьмы, чтобы я в таком состоянии смог переносить грузы.
Во всяком случае, это позволит не только ускорить наше передвижение, но и избавит от необходимости контактировать с этим пыточным устройством, которое лишь по ошибке называют лошадью.
Посмотрев на привязанных к дереву животных, наткнулся на взгляд лошади, на которой ехал уже который день. Отчего-то показалось, что она сейчас закатит глаза, показывая тем самым свое отношение ко мне.
— Не смотри на меня так, — скривившись, тихо сказал я животине в ответ, прежде чем приступить к расчетам. — Ты мне тоже не нравишься.
На утро мы вновь двинулись в путь, отчего расчеты приходилось проводить в дороге. Это не могло не поднять настроение ведьмаку, который явно воспринимал все происходящее, как личный праздник, ведь я наконец не докучал ему расспросами.
Дорога, по которой мы следовали, была извилистой. К полудню нам стали все чаще попадаться возделанные поля с немногочисленными рабочими на них. Все же, как пояснил Эрланд в ответ на мой немой вопрос, заниматься земледелием в условиях сурового севера — не самое благодарное занятие. Земля, не успевшая толком прогреться, довольно твердая, отчего приходилось прикладывать куда больше усилий для возделывания. Не говоря уже о капризности многих культур растений: стоило немного ошибиться или опоздать, как посадки мерзли.
Поэтому Повисс, как и Ковир, живет за счет своих ремесленников, которые известны во всех северных странах. Также многие самые «современные» устройства, в том числе и осадные, родом из этих земель.
Постепенно, среди посадок, начали появляться одинокие домишки, которых с каждым часом становилось только больше. Пока на нашем пути не встала довольно крупная деревня — в несколько раз больше Пригорки.
