— Расслабься, мелкая, — я усмехнулся и развеял копье. — Я пошутил.
Пока она осмысливала ситуацию, а её шок переходил в стадию возмущения, я поспешил добавить:
— Я бы его не убил. Мне просто было интересно, что ты выберешь.
— Мастер Нокс! — начала уже было возмущаться девочка, но быстро замолчала под действием чар немоты.
Какое-то время она беззвучно открывала рот, словно рыба, пока до неё не дошло, что что-то не так. Поэтому все, что ей оставалось сделать, это удивиться, чтобы после уставиться с немым требованием снять чары.
— Так-то лучше, — довольно произнес я, нагло улыбнувшись возмущённой девочке, после чего, как ни в чем не бывало, продолжил. — Зато теперь ты понимаешь, к чему мог привести твой неосторожный выбор.
Шеала все ещё продолжала возмущённо дышать и смотреть на меня с осуждением, но все же начала прислушиваться к моим словам.
— Как ты уже поняла, — продолжил говорить я, начав как лектор ходить из стороны в сторону, — милосердный вариант — убить проклятого. Просто чтобы не мучился. Простой вариант, как понятно, самый простой. Всего лишь надо убить того, кто наложил проклятие. Но этот же вариант самый ненадёжный.
И вновь этот возмущённый взгляд юной магички.
— Не смотри на меня так, — отмахнувшись, сказал я. — Да, иногда такой способ срабатывает. Но я люблю точность, поэтому этот вариант отпал моментально. Остались у нас «сложный» и «справедливый». Догадаешься, какой из них правильный?
Задав вопрос, снял с неё чары. В этот раз ученица думала куда как тщательней, опасаясь снова допустить ошибку.
— Его нет, — решил я все же сжалиться над ней, когда её размышления затянулись. — Пойти по сложному пути — значит заняться долгим и муторным снятием проклятия. А справедливый — означает перекинуть проклятие тому, кто его наложил.
Заготовка под чародейку ничего не ответила, внимательно прислушиваясь к моим словам и следя за моими действиями. Я же, в свою очередь, начал планомерно расчищать для себя полянку, чтобы было достаточно места на начертания ритуального круга. В этом деле мне отлично помогало перекаченное энергией сэко, которым я срубил несколько ближайших деревьев. После чего с помощью нескольких бытовых заклинаний разровнял площадку, убрав лишний мусор, корни и пеньки, попутно в очередной раз убедившись, что бытовая магия — это, пожалуй, лучшее изобретение магической науки.
— Каждый сам для себя определяет правильность того или иного выбора, — продолжал я говорить, параллельно обозначая пределы ритуального круга. — Те же ведьмаки, например, поступят в зависимости от наибольшей выгоды и Школы, в которой прошли обучение. Например, «медведи» и «коты», скорее всего, убили бы волколака и, получив свою награду, ушли бы. В то время как «волки» и «грифоны», вероятнее всего, поступили бы по совести и сняли проклятие. И каждый из них думал бы, что поступил верно. Конечно, это все утрированно, но суть должна быть предельна ясна.
Замолчав, я оценил получившийся круг и приступил к нанесению рун. Уруз, как символ перемен и исцеления от болезни. Перт, руна поиска незримого, в связке с Манназ, руной человеческих взаимоотношений и связей. Это должно было позволить ритуалу обнаружить нить, связывающую двух братьев. Довершали картину руны передачи и завершения темного периода в жизни — Вуньо.
Придирчиво оценив работу, все же добавил руну Соулу, как олицетворение стопроцентного успеха.
— А вы, учитель? — внезапно задала вопрос Шеала, отвлекая меня от занятия. — Какой вариант вы считаете правильным?
Удивленно посмотрев на подопечную, увидел в ее глазах только живое любопытство.
— Все, — ответил я, возвращаясь к работе. — Все зависит от выгоды.
— То есть…
— Да, — кивнул я, не дав ученице договорить. — Если бы мне было выгодно, я просто убил бы этого проклятого или его брата. Поэтому тебе, мелкая, не стоит на меня равняться.
Замолчав, я подошёл к спящей туше волколака и удлинившимся когтем, который постарался спрятать от девчонки, нацарапал несколько стабилизирующих рун, а затем сцедил в склянку немного крови. Очень уж мне было интересно исследовать местных ликантропов и понять, чем они отличаются от тех, с которыми я был одно время очень близко знаком.
— Ладно, разговоры потом, — сказал я, отлевитировав тушу в центр ритуального круга. — Теперь смотри внимательно и запоминай. Сил в тебе, конечно, пока мало для подобного, но, может, в будущем пригодится.
— Будем снимать проклятие? — оживившись, спросила Шеала, подразумевая «сложный» путь.
Я косо глянул на девочку, что с блеском глазах смотрела на руны, пытаясь их запомнить.
— Нет, конечно, — скривившись, ответил я, чуть ли не покрутив пальцем у виска. — Вернем проклятие его братцу, ведь мы за справедливость!
После чего подал энергию в круг, запуская тем самым ритуал и игнорируя возглас ученицы.
— Очень уж мне не понравилось, что какой-то паршивый кмет посмел выпустить в меня стрелу, — уже значительно тише пробормотал я — И хоть я и не злопамятный, но я злой, и память у меня хорошая.
