— Ладно, ладно, — издав смешок, она рассекла руками воздух, будто отмахиваясь, — Не засиживайся допоздна, завтра утром отправляемся. И не «мамкай» мне тут.
— Хорошо, — согласился я.
Под мое тихое ворчание мама, смеясь, вышла.
Хочешь или не хочешь, но мама права: завтра ранний подъем. Когда я вернулся со школы, отец обрадовал, сказав, что этим летом мы отправляемся в Италию отдыхать. Не знаю, чем был обусловлен выбор страны, но не мне жаловаться.
С сожалением взглянул на книгу и решительно отложил ее. Сначала мне надо закончить обучение в уже выбранных сферах. Распыляться на очередное новое направление сейчас лишь замедлит мой прогресс.
***
— Миленько, — сказал я, скидывая сумку с вещами в своей спальне, — О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух.
Оказывается, у нас есть загородный домик на восточном побережье Италии. Хотя всего лишь домиком назвать эту виллу у меня язык не поворачивается.
— Итак, что же я знаю об Италии, — озвучил я свои мысли, падая на кровать.
Это страна, полная красок и видов. Здесь каждый город — словно музей под открытым небом. Это страна темпераментных людей, которые не скрывают свои эмоции, выставляя все свои переживания на показ. Экспрессивные итальянцы и страстные итальянки, ожидающие только шанса завлечь тебя.
Осталось только проверить, так ли этот «сапог» на карте мира прекрасен, как о нем говорят.
Сменив штаны на легкие шорты и накинув на тело светлую льняную рубашку, покинул комнату, планируя прогуляться по окрестностям. Стоило только взяться за ручку входной двери, как меня остановила мама, стоящая у меня за спиной. Не понимаю, как ей вечно удается подкрасться ко мне таким образом, что я ее даже не слышу.
— Куда это вы собрались, молодой человек? — строго спросила она, нахмурив брови.
— Да так, — начал я, почесывая затылок, — Решил прогуляться по окрестностям. Посмотреть, что в округе есть интересного.
— Это может быть опасно, — нахмурилась она, — Ты никуда не пойдешь один.
— Но мам, — начал я, но мама перебила.
— Никаких «мам»! Тебя только выпусти из дома — сразу находишь себе приключения.
— Мама, — спокойно обратился я к ней, — Мне уже четырнадцать. Я достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе.
На минуту наступила тишина.
— Тем более не думаю, что тут есть что-то опаснее оборотня, — с усмешкой продолжил я.
— Аварис! — крикнула мама.
— Дорогая, — сказал ей спустившийся со второго этажа отец, приобнимая ее за плечи, — Пусть идет, он уже взрослый. А мы тем временем…
Последние слова он прошептал ей на ухо так, чтобы я их не услышал, но по покрасневшему лицу матери я все понял.
— Ладно, я пошел, — сказал я, открывая дверь, — Развлекайтесь, голубки. Заделайте мне сестренку.
Договорив, я сразу отбежал подальше от дома, слыша за спиной возмущенный возглас мамы.
— Осталось только, как сказала мама, «найти приключения», — произнес я, усмехнувшись.
***
Наша отдаленность от цивилизации и маглоотталкивающие чары на вилле и прилегающих территориях обеспечивали нам личный пляж без посторонних глаз.
Конечно, это дает некоторый комфорт, но при этом теряется весь шарм пляжа. Мои пожелания в виде знакомства с горячей итальянкой вселенная решила проигнорировать. Поэтому приходилось знакомиться только с песком и… песком. Ну ладно, еще рыбы в море тоже были не против поболтать.
В итоге, вместо праздного безделья и любования видами я вернулся к занятиям. Практикуя заклинания в отдалении от родителей, которых, похоже, все устраивало.
— Ей богу, лучше бы остался дома, — тихо ворчал я от скуки.
— Не бухти, как дед, — сказал папа, — Наслаждайся спокойствием, пока есть возможность.
Он хитро посмотрел на меня, прежде чем продолжить:
— Или ты больше сокрушаешься, что тут нет девчонок? Похоже кое-кто вырос.
— Тебе легко говорить, — я обвиняюще указал на него пальцем, — У тебя мама есть.
В ответ я получил лишь отцовский смех, на звуки которого повернулась мама, в этот момент находящаяся в море.
— Ладно, — сказал Адам, стоило ему успокоиться, — Завтра переместимся в Милан. Насколько я помню, там должен быть свой магический квартал.
Это несколько воодушевило меня.
***
Как оказалось, воодушевление было преждевременным. Почему?
Виной всему проклятые семидесятые. Я стал заложником времени, в которое попал, и ничего не могу с этим поделать.
Постоянно находясь в магическом мире, я не задумывался об этом, так как в нем не чувствовалось давления эпохи. На подсознательном уровне прощал любые огрехи, оправдывая все наличием магии.
Теперь же, оказавшись в магловском мире в эпоху семидесятых годов, я медленно обтекал со всего происходящего вокруг.
— Я уже говорил, что лучше бы остался дома? — задал я риторический вопрос, став свидетелем того, как из окна второго этажа какая-то тетка вылила ведро помоев.
— Мда, — многозначительно заключил папа, — Может в магическом квартале ситуация лучше.
