Сейчас я сидел в гостиной, напротив камина, и перебирал струны на гитаре, наигрывая незатейливую мелодию.
Какую цель преследовали пожиратели, нападая на нас? Вероятно, хотели обеспечивать сговорчивость путем взятия заложника? Заставить принять метку? Радовало, что план не удался, но был один нюанс, который убивал всю радость. О чем идет речь?
Если быть точным, не «о чем», а «о ком». Об Альбусе, мать его, много имен, Дамблдоре. Его появление усложнило и без того непростую ситуацию. Теперь сбежавший пожиратель доложит своему господину о том, что к Поттерам на подмогу пришел Дамблдор.
Зуб даю, нас уже записали в миньоны директора. Думаю, отец это прекрасно понимает.
Послышались голоса, приближающиеся к гостиной, которые вырвали меня из раздумий.
— Мне кажется я достаточно ясно сказал «нет», — послышался раздраженный голос отца, — Мы не вступим в этот ваш орден, даже не просите. Хватает, что нас скорее всего и так уже считают союзниками.
— Но, Адам, мальчик мой, — начал говорить директор голосом, полным беспокойства.
— Извольте обращаться ко мне подобающе, директор, — последнее слово папа буквально прорычал.
— Прошу прощения, мистер Поттер, — сразу сдал назад старик, — Тогда как вы смотрите на сотрудничество на взаимовыгодных условиях?
— О чем речь? — раздраженно спросил Адам, — Учтите, директор, ни о каком финансировании вашего ордена и речи быть не может.
— Ни о каком финансировании речи не идет, — успокоил директор, — Мы в этом не нуждаемся. Я говорю об обмене информацией.
— Это уже реально, — спокойно ответил отец после недолгого молчания.
— В таком случае у меня все, — сказал директор, заходя в гостиную, — О, мой мальчик, я тебя не заметил.
— Все нормально, директор, — усмехнулся я, — Иногда полезно быть незаметным.
— Это точно не про тебя, — сказал дедушка, зайдя в гостиную вслед за отцом, — После сегодняшнего уж подавно.
— Кстати, об этом, — начал говорить директор, глядя на меня, — Я обеспокоен тем, как легко вы отнимаете жизнь, молодой человек. Убийство — это не выход.
— Ой, заткнись, Альбус, — вспылил Карлус, — Только не надо тут своего дерьма про второй шанс, убийство разрывает душу и прочее. Не надо.
— Кхм, — кашлянул Дамблдор, укоризненно глянув на старшего Поттера, — И все же не стоит действовать столь негуманно.
— Предпочитаете Аваду, директор? — не выдержал и спросил я, — Гуманней некуда.
— Да пусть хоть демонов вызывает или сам первородный Хаос, — опять вспылил дедушка, — Мне плевать, главное, что остался жив и невредим. И не тебе, Альбус, говорить о гуманности.
— Кхм, — опять прочистил горло директор, казалось даже, что он смутился, — Пожалуй, ты прав, старый друг. Прошу меня простить, иногда я бываю бестактным.
— Я не держу обиды, профессор Дамблдор, — произнес я.
— Что-то я засиделся, — сказал старик, — Позвольте откланяться. Карлус, Адам, до скорых встреч. Жду от вас вестей, что получится вытянуть из пленников. А вас, молодой человек, я ожидаю увидеть в школе осенью.
— До свидания, профессор, — улыбаясь сказал я, но стоило только ему исчезнуть, как улыбка сошла с лица, — Достал, ей богу. Не гуманно ему, видите ли.
— И не говори, сын, — сказал отец, приобняв меня за плечо.
— В этом весь Альбус, — вздохнул дед.
***
Первым делом, после ухода директора, было решено провести допрос пленных. Для этого дедушка вызвал, как он сказал, человека, умеющего вытягивать информацию. Этим человеком оказался Гилберт Грей, наставник Джона.
Тогда этот человек открылся для меня с неожиданной стороны. Его подход к допросу представлял собой смесь пыток и легилименции. Как пояснил дедушка, во времена войны иногда не было времени ломать защиту разума общепринятыми методами. Таким образом пришли к столь негуманному способу. Физическая боль ослабляла человека ментально. Ломая тело, ломали сознание.
Я вызвался наблюдать за процессом допроса и старался не упустить ни единой детали. Учитывая мою неспособность на тонкие манипуляции с чужим сознание, возможно, такой способ позволит мне нивелировать эту неприятность. Боюсь, в ином случае я могу просто спалить мозг жертвы, пытаясь взломать защиту.
По окончании допроса мистер Грей избавился от тел и посмотрел на меня с… уважением? Странный человек. Хотя мне было все равно, главное, чтобы научил Джона всему необходимому.
Как будто всего происходящего было мало, через пару дней вышла газета, которая заставила отца заскрежетать зубами. «Бойня в Милане. Поттеры сошли с ума?» — именно так гласил заголовок Ежедневного пророка. Этим акулам пера только дай повод. Вот только им было неоткуда узнать о случившемся там. Сдается мне, что я знаю, откуда растут ноги у этот статьи, так как в самой статье не было ни единого слова о пожирателях.
Статья неплохо подпортила нам репутацию, но, по словам дедушки, это легко поправимая ситуация. Сейчас нас прощупывают, пытаясь понять, как мы реагируем на прессу. Надо просто не обращать внимания, и новость рано или поздно утихнет, пока и вовсе не забудется.
