– Королевский дворец в столице, – ответил он. – Время вопросов еще не наступило. Сейчас я вам дам во что переодеться, а сам выйду. Вся ваша одежда промокла насквозь. Если вы в таком виде выйдете на холод, никакого будущего у вас уже не будет. Все снятое развесите потом в соседней комнате на крючках. Пока мы с вами будем беседовать, все высохнет. А я вам заварю горячий чай с медом.
Он встал и вышел во вторую комнату, которая, по-видимому, служила ему и кухней, и спальней, и почти тотчас вернулся, неся в руках халат.
– Будет немного великоват, но вы запахнитесь поплотнее и обвяжитесь поясом. Давайте быстрее, если не хотите, чтобы ваши спутники околели от холода. А я пошел готовить чай.
Немного поколебавшись, Альда сняла костюм, косясь на прикрытую дверь, потом стянула мокрую нижнюю рубашку и быстро нырнула в предложенный ей мужской халат. «Немного великоват» – оказалось мягко сказано: девушка обернула его вокруг себя дважды и с облегчением завязала пояс. Только она закончила, как открылась дверь, и в комнату вошел отшельник, неся в руках две чашки с чаем.
– Могли бы и спросить, перед тем, как входить, – сердито сказала Альда.
– Зачем? Я и так знал, что вы уже оделись. Идите развешивать одежду. Там крючки возле печки, увидите.
Альда собрала свои вещи и прошла во вторую комнату, где находилась жарко натопленная печь. Поодаль стояла застеленная кровать. Небольшой столик воле кровати завершал обстановку. Найдя крючки, она развесила одежду, поместив рубашку ближе к печке.
– Задавайте свои вопросы, – сказал отшельник, когда она взяла со стола чашку с чаем и уселась в свое кресло.
– Прежде всего, как вас зовут? Не привыкла беседовать с человеком, имени которого не знаю.
– Если для вас это так существенно, можете звать меня Зар.
– Вы видели все, что видела я?
– Я видел немного больше. Когда сознания двух людей сливаются, они многое могут узнать друг о друге. Вы, в отличие от меня, этого делать пока не умеете.
– Выходит, что вы теперь многое обо мне знаете?
– Я знаю о вас все, Альда. Даже многое из того, о чем вы сами уже забыли. Но вас не должно это тревожить: меня интересуете только вы, а не ваши тайны.
– Но как же так можно, Зар, – беспомощно спросила она. – Знать о человеке все? Зачем вам это? Зачем вам мои мечты и сомнения? Это не просто плохо, вот так залезть человеку в душу, Это отвратительно!
– Успокойтесь и выслушайте меня внимательно. Вы были бы абсолютно правы, если бы подобное проделал кто-нибудь из ваших знакомых или просто посторонний человек.
– А вы теперь уже не посторонний? И с каких это пор?
– С тех пор, как частица вашей личности поселилась здесь, – Зар постучал себя в грудь. – Поверьте, я далеко не всех сюда пускаю. За последние сто лет таких было трое, вы – четвертая.
– Пусть так. И что это мне дает?
– Между нами образовалась связь. Я всегда смогу с большой точностью определить ваше местонахождение и почувствую, когда вам будет угрожать опасность. И если буду близко, смогу помочь и советом, и делом.
– Зачем это вам – человеку, ушедшему от мира?
– Жить в мире и полностью быть от него независимым невозможно. Я вплотную приблизился к этому, но полностью такое недоступно и богам. Я разменял уже третью сотню лет, Альда, и до сих пор в жизни не разочаровался. Многие считают меня колдуном. Все это глупости. В каждом человеке имеются громадные возможности, надо лишь познать самого себя, а через это, и весь окружающий мир. Но суета и раздирающие людей страсти не позволяют большинству этого сделать. Это удел очень немногих. Мы не ушли от жизни, мы научились управлять людьми и обстоятельствами с единственной целью – остаться людьми, став при этом по-настоящему свободными личностями. Развитие не имеет конца, и я до сих пор ищу знания, но уже не внутри самого себя, а в окружающем мире. Главная ценность любого обитаемого мира это люди.
– Любого мира?
– Да, миров великое множество. Они могут быть очень похожи, а могут разительно отличаться. До сих пор я был уверен, что проникнуть в чужой мир можно только силой мысли, пока не увидел нашего герцога.
– А что герцог?
– Он не принадлежит нашему миру. Не знаю, как ему это удалось, но он перешагнул границы миров в своем собственном теле. Я не все время сижу в этом домишке, иногда делаю небольшие вылазки. Новый герцог меня заинтересовал, как и вы.
– И вы его тоже прочли?
– Ну что вы! Я же все-таки не бог. Для такого он должен сам пойти на это сознательно. Хотя не скрою, при возможности я сделал бы это с удовольствием. Очень незаурядная личность, и много новых знаний.
– А что означают мои видения?
– Только то, что судьба, скорее всего, вновь сведет вас с герцогом, и вы двое будете приглашены на бал к королю.
– И только-то?
– Не совсем. Обычно человек видит не просто картину своего возможного будущего. Боги или наше собственное подсознание показывают нам знаковые моменты, от которых зависит вся наша судьба.
– Значит, от моего поведения на том балу будет зависеть вся дальнейшая жизнь?
– Или от вашего, или от поведения других. Может статься, что вы сами ничего решать не сможете.
– Тогда к чему все?
