Следующие два дня Лаш, как и все остальные новички, изучал все нюансы караульной службы, отрабатывал взаимодействие с остальными при нападении на замок и искал возможности незаметно исчезнуть из казармы. То ли им пока не доверяли, то ли по какой другой причине, но сторожили казарму сразу трое, и уйти, не убрав стражу, не получалось. Его бы это не остановило, но им до сих пор не показали замок, а из хозяев он видел только самого барона, да и то мельком. Найти в такой громадине ночью барона и его дочь, которую он и в лицо не знал, и при этом никого не всполошить, было нереально.
— Как ты себя сегодня чувствуешь? — Альда присела на край кровати подруги и взяла ее за руку.
Рука была горячая. Уже третий день, как начавшая было заживать рана внезапно воспалилась, и состояние Галы заметно ухудшилось.
— А что, не видно? — раздраженно ответила девушка.
Она действительно имела очень нездоровый вид: помутневшие глаза, лоб весь в бисеринках пота, спутанные зажиревшие волосы.
— Мне это не нравится, — решительно сказала Альда. — Тебе день ото дня все хуже, и наши средства не помогают. А везти тебя в город на экипаже по такой грязи сейчас нельзя. Я немедленно иду к отцу. Пусть выделяет хоть всех стражников, но я должна ехать к отшельнику и привезти его сюда.
— Приедет ли? — с сомнением отозвалась Гала.
— Думаю, да. А откажется, придется тогда думать, как доставить к нему тебя.
Отцу ее просьба не понравилась, но и не признать правоту дочери он не мог.
— Возьми десяток стражников и попроси капитана подобрать и закрепить на тебе нагрудник. Если стрельнут из арбалета, от кольчуги толку мало.
Ехать, однако, никуда не пришлось, отшельник пришел сам.
— Господин барон, — просунулся в дверь бледный слуга. — Там к вам колдун пожаловал.
— И где же он? — спросил отец, потом перевел взгляд на Альду. — Встретишь?
— Он, извиняюсь, стоит во дворе. Как подошел к воротам, так стражники бросились ему открывать.
— Твоего колдуна надо вместо тарана использовать при взятии крепостей, — проворчал отец. — Ты хоть оденься.
Альда набросила на плечи куртку и вихрем слетела вниз, чуть не навернувшись с лестницы, забыв что она в платье и запутавшись в подоле.
На этот раз отшельник был одет в штаны и куртку из оленьей кожи, голова по-прежнему была непокрыта. Вид он имел удивительно чистый, лишь немного грязи было на подошвах сапог.
— Я шел не по дороге, а лесом, — пояснил он, заметив ее взгляд на свою обувь. — Показывай быстрее свою подругу, пока она не лишилась ноги.
— Пойдемте, я провожу.
— Обожди, сейчас почищу подошвы, — он несколько раз отер сапоги о лежащую для грязи деревянную решетку и пошел за ней по лестнице. — Могла бы и раньше позвать. Я только сегодня почувствовал, что близкий тебе человек может умереть. Да не спеши ты так. Мы успели вовремя, все будет хорошо.
Альда сначала на всякий случай заглянула к подруге сама, а потом распахнула дверь отшельнику.
— Я тот самый отшельник, которого ты так хотела увидеть, — улыбнулся Зар. — Вижу, что твоя болезнь зашла далеко, и тебе очень плохо. Потерпи совсем немного, сейчас я помогу.
Он подошел и убрал одеяло с больной ноги. Размотал чем-то смоченную перевязку и нахмурился при виде раны, от которой во все стороны пошла краснота.
— Немного придется потерпеть. Я, конечно, могу полностью снять боль, но тогда исцеление затянется.
— Я лучше потерплю, — сжав зубы, ответила Гала.
Он кивнул головой и, сосредоточившись, положил ладонь прямо на рану и слегка надавил.
Гала некоторое время терпела молча, потом не выдержала и сдавленно застонала.
— Ничего, ничего, сейчас все пройдет. При быстром исцелении всегда больно. Вот вроде и все.
Он отнял ладонь, и Альда неверяще уставилась на чистую розовую кожу ноги, на которой виднелась тонкая ниточка шрама.
— Рассосется со временем, — улыбнулся Зар. — Ну что лежишь? Еще не надоело за столько-то дней?
Гала недоверчиво пощупала ногу и, забыв что она только в ночной рубашке, откинула одеяло и села на кровати.
— Здорово, совсем не болит! И жара больше нет.
— К своему телу надо относиться более трепетно, — продолжая улыбаться, нравоучительно сказал Зар. — И не подставлять его под клинки всякого сброда. Я ведь могу и не успеть.
— Спасибо вам большое! Ой! — она внезапно поняла, что сидит почти голая перед мужчиной и поспешила завернуться в одеяло.
— Не смущайтесь, Гала. По возрасту я вам в прадеды гожусь. Сейчас мы с вашей подругой уйдем, а вы не спеша приводите себя в порядок.
— Тебе надо быть осторожнее, — сказал он Альде по пути в гостиную, куда его повела девушка. — Прошлый раз вы уцелели только чудом. Если бы не эти двое, у которых сохранились остатки совести, я бы с тобой сейчас не разговаривал.
— Так вы знаете?
— Я почувствовал, что тебе грозит опасность только в момент нападения. Я все-таки не бог и не могу предугадывать будущее. Всего, что было, я не видел, просто сумел кое-что уловить. Но что я тебе могу сказать совершенно точно, так это то, что ничего еще не кончилось, и тебе по-прежнему угрожает опасность. Я это чувствую совершенно отчетливо, но определить причину этой опасности пока не могу.
