Ада собралась что-то произнести, но в комнату примчалась и София, распихав коллег и оказавшись ближе всех к постели.
— В неё вселились? — обомлела демонолог.
— Она видит, что творится в Магической Академии, — докладывал Томас. — Вторглась группа ненормальных с одержимыми и призраками, или как-то спокойно вошла, не вызвав подозрений, а нечисть и нежить призвала потом. Теона — свидетельница уже побоища. Как оно началось — неизвестно. Ребята в тяжёлом положении, из экзорцистов только профессор Илаймен, ещё Джессика схватывается с одержимыми, духи ей почему-то не вредят.
— Это, должно быть, прислужники той особы, что стоит за нашествием духов на столицу, — нахмурилась Ада.
— Нам не должно быть никакого дела до этого, — сокрушённо вздохнула София. — Силой мысли мы Академии не поможем, а любые наши страхи в Риции обратят против нас.
— Увы, она права, — Томас поник.
— А ведь твоей супруге откроется и исход этого сражения, — озарило Десмилию. — Если поражение, то как нам скитаться по царству мёртвых, понимая, что потеряли, вероятно, кого-то из близких, друзей и приятелей?
— Как-нибудь, — Томас отстранил Софию, подошедшую к Теоне. — Не приближайтесь к ней, вы все кажетесь ей одержимыми.
— Зови, если возникнут сложности, — не стала спорить женщина.
Некроманта оставили наедине с женой, которая казалась бредившей. Он забормотал молитву. Вдруг поможет, хоть путников заверили в бесполезности обращения к предкам.
Даже для самой Дашки было загадкой, как у неё получилось
Фанатики слишком увлеклись любованием окружающей картиной, чтобы сразу заметить стремительно сокращающееся число призрачных прислужников. К этому моменту ситуация перестала представляться учащимся и подоспевшим профессорам безнадёжной, поэтому сопротивляться стали с утроенной силой.
— В Шекоган, — дал команду Нериот.
Телепортировалась команда сторонников незамедлительно, вместе с уцелевшими духами и одержимыми… и несколькими пленниками.
С их исчезновением из Дашки вытекла вся сила. О колдовстве и речи заводить не стоило, ведьма и стоять-то больше не могла — по стене сползла на пол.
— Сдаётся мне, она пребывала в полнейшем восторге, когда гонялась за призраками, — усмехнулись над головой.
Между полом и потолком парили Миротворцы, Реция и Ариона. Дашке не терпелось улыбнуться им, но из-за слабости у неё получился болезненный оскал.
— Не за что, — мужчина правильно решил, что ему выразили благодарность. — Наша обязанность — наделять тебя в нужное время нужной силой. К завтрашнему дню ты оправишься, — побежал призрачный опекун.
В замок Дашку отвёл незнакомый старшекурсник, по пути назвавшийся Громесом. Теперь они, как пережившие одно несчастье, начнут здороваться, едва заприметив друг друга в разных концах коридора или аллеи. Парень сдал ведьму Бруно, спустившемуся на первый этаж как раз тогда, когда они вошли, и, отказавшись от приглашения хотя бы выпить чаю, поторопился вернуться.
— Молчи, нас известили о нападении фанатиков, Кларисса побежала принимать участие в противостоянии, — сказал он. — Можешь подробностями меня не пугать, от неё узнаем.
Известия от старшей колдуньи были слишком шокирующими: среди похищенных студентов есть и Алина.
— Главарь учеников повелительницы духов говорил, что пленных отныне держат в Шекогане, какой-то лаборатории. Её можно захватить, — обнадёжила Джессика. — Теона с Томасом и профессорами пропадают в Риции, а мы разве не сумеем взять лабораторию, где смертные всё-таки преобладают?
Присутствующая при дискуссии Шаки ощутила импульс в душе. Эзария не поленился привести чародейке полный список всех учреждений, принадлежащих отцу супруги, среди них и Шекоган, преимущество которого в том, что он расположен на окраине Зальвана, не надо далеко отправляться. Совсем рядом можно обнаружить человека, испортившего ей детство и отчасти жизнь — изучение чёрной магии порой всё-таки аукалось юной ведьме ухудшением самочувствия, высший уровень тёмных видов колдовства грозился остаться Шаки неподвластным. И этого человека покарать.
— Именно, Джесс, пропадают, — обратил всеобщее внимание Николас. — Судя по сигналу света памяти, им не очень-то хорошо в тёмном загробном царстве.
— К чему это?
— Просто так. Вдруг кому-то из нас приспичит пожаловаться на жизненные тяготы и невзгоды, пусть тогда вспомнит — Шекоган, куда мы отправляемся, не самое страшное место в нашем мире, — пояснил он.