Маленькая девочка с шоколадными длинными кудряшками стоит на экране сознания, глаза злостно сверкают на бледном лице, тельце потряхивает. Ненависть и глубокая скорбь наводняют бездонную душу.
Рамир не осуждает её.
“Если бы ты только знала, как мне жаль…” — слабо шепчет в пустоту. — “Как бы я хотел забрать всю твою боль”.
Рамир рванно выдыхает, делает попытку загосить черные мысли и поднимается. Разорванная футболка и почти новые джинсы летят в мусорное ведро.
Еле теплая вода вихрем уносит кровавые разводы в сточные трубы.
Раны на теле, полученые в драке, затянулись.
Раны на сердце открылись.
Нещадная боль ломит все недры. Как бы Рамир не захлопывал разум, мысли прорываются. Коньячные глаза мелькают перед взором.
Парень сжимает зубы, зверь внутри воет. Тоска пронзает все атомы мощного тела.
Покой ему будет только сниться, прошлые ошибки рода напоминать о себе. Участь его судьбы. Мало кто поймет, что скрывается за прочным панцирем сильного мужчины.
— Да прорвусь! — Взрывается парень и ударяет кулаком о настенный кафель. — Как всегда делал!
Боль закаляет.
Надежда делает слабым.
Желанная девушка выдворяется за створки души.
Шансов там нет.
Что он в ней нашел? Почему именно она?
Что за ирония судьбы?
Не было ответов на эти вопросы. Его зверь просто заметил её. Сердце кольнуло при виде печального взгляда. Инстинкт защитника проснулся. Неизведанные доселе чувства.
— Прорвусь! — Рамир злится. Злится на насмешку своего удела. — Возьми себя в руки! Другая будет!
— Вспомни кто ты, — Медленно проговаривает сам себе. — Вспомни, что ты прошел. Просто исправно блокируй поток ненужной херни. Как всегда делал. Ничего нового не произошло.
Рамир жадно втягивает воздух, глубокое дыхание постепенно приносит покой, пульс сбавляет обороты, сознание проясняется. Вода смывает остатки тяжелых мыслей. Бесстрастие возвращается на своё коронное место. Волк внутри недоверчиво озирается.
Вода из душевой лейки прекратила своё течение. В запотевшем зеркале смутно прорисовывались очертания смуглого мокрого мужчины. Капли уверено стекали по его поджарому крепкому торсу. Рамир откинул голову назад и сделал последний глубокий вдох, собирая себя в единное целое. О минувшей борьбе с сами собой больше ничего не напоминало. Усталость дня затопила клетки, и волк в каплях влаги упал на кровать. Сознание вмиг заволокло дремной завесой.
Но с тревожным сном пришла всё та же красавица с теплыми коньячными глазами, распущенные волосы шоколадом струились до талии, нежные руки сжимали окровавленный кусок плоти. Её чувственные губы что-то тихо шептали, взгляд глубоко проникал в закоулки души. Рамир шёл к ней на встречу, каждый шаг давался с болью, а он, превозмогая её, продолжал путь и пытался рассмотреть что держит в руках, не ранена ли она, почему кровь струится сквозь её ладони. Чем ближе он подходил, тем слабее держали его ноги. Ещё шаг и колени подогнулись, он упал перед стройным силуэтом неземной красавицы. Теряя силы, с тоской он заметил окровавленное сердце в её руках, глаза скользнули по задумчивому лицу девушки. Не отрывая взгляда от неё, руками медленно прошелся по своей залитой кровью груди. Дыхание оборвалось, нащупывая в ней сквозную дыру. Глаза закрылись в полете на землю, темнота окутала волка.
— Арханские Боги! — Рамир резко садится на кровати, трясёт головой, окончательно скидывая с себя пелену ночного кошмара. Часы показываю пол третьего ночи. Одинокий уличный фонарь сквозь темное стекло кидает мягкий свет на мрачное лицо волка. Тот с шумным выдохом соскальзывает с кровати и распахивает балконную дверь.
— Вырвать бы тебя из своей головы, так же как ты вырвала там моё сердце, — Проговаривает Рамир в небо, усыпанное звездами, и закуривает свою редкую сигарету.
Выехали очень рано, дребежащий рассвет только начал задевать темный небосвод. Никто не удивился раннему появлению Рамира на порогах друзей, как и его команде “подъём”.
В этот раз дорога до Аранги заняла всего шесть часов. Рамир не делая остановок, гнал свой черный джип от Шайрама как от волчьей чумы. Бдительный Айк был молчаливым штурманом, слегка напрягаясь на крутых поворотах. Рик мирно спал, время от времени скатываясь с задних сидушек на очередном Рамировском вираже. Но безпретензионно возвращался на место, вновь проваливаясь в дремоту.
Только приветственная вывеска Арангайской ареи заставила волка сбавить скорость.
Их родной город встречал полуденным солнцем и знойной жарой.
— Заходить будешь? — Спрашивает Айк, когда машина тормозит у парадного входа в фамильный особняк Рассарманов.
— Нет, заеду к себе в клуб перекусить и разгребу дела. Скажи Аракелу, что вечером встречусь с вами.
— Хорошо, брат, — Айк старательно обсматривает лицо своего собеседника, пытаясь уловить эмоции. Рамир бесстрасно смотрит в ответ. — Я на связи. Всегда.
