У неё давно другая жизнь. Жить бы и радоваться, но внезапно в её жизни снова появляется он…
Все события вымышлены, совпадения с реальными людьми — случайны.
— Ты куда собралась на ночь глядя?
Опершись на дверной косяк, Артем сверлит меня пронзительным взглядом холодных серых глаз.
Подозревает.
Впрочем — какая мне разница до его подозрений?
— Ну солнышко… не злись.
Целую его в щёку и захлопываю за собой дверь прежде, чем он успевает опомниться.
Оставшись наедине с собой, Артем подходит к окну и закуривает.
Глядя на то, как разворачивается машина такси, вздрагивает.
Он знает, что сам причастен к тому, что сейчас происходит между нами. И я знаю.
На улице меня уже ожидает такси бизнес-класса.
Водитель учтиво открывает передо мной дверь и помогает сесть на сиденье:
— Какую музыку предпочитаете?
— Мне без разницы.
Мне правда без разницы, лишь бы он молчал, и мы быстрее добрались до нужного мне адреса. Это — вынужденная мера, я вообще не любительница кататься с незнакомыми мужчинами по ночной Москве.
Впрочем, уже совсем скоро машина тормозит у Метрополя неподалеку от Красной площади.
Захожу внутрь и любуюсь красивейшими витражными окнами.
Впрочем, нечего засматриваться.
Меня ждут.
Наконец, оказываюсь в номере.
Мой визави встречает меня в дверях, держа в руках пару бокалов с шампанским:
— Здравствуй…
— И тебе.
Прохожу в гостиную и аккуратно присаживаюсь на кресло, пока моё пальто вешают в шкаф.
— Сколько мы не виделись?
Он тихо подходит сзади, обнимает за плечи. Тотчас мурашки осыпают меня с головы до ног, но вида не подаю.
Пока он делает мне массаж, отпиваю из бокала шампанское и смотрю в окно на расцвеченный огнями город:
— Не знаю… лет десять?
— А ты всё такая же…
— Да и ты не меняешься, — встаю и тяну его на себя: «Потанцуй со мной?»
Играет тихая музыка, а мы плавно качаемся в объятиях друг друга. И у меня, на самом деле, совершенно нет слов, чтобы описать всё то, что между нами происходит.
Словно мы оба специально преодолеваем напряжение в объятиях своих постоянных партнеров, потому что стать парой для нас означает запустить процесс расставания.
И кажется нам, начни мы эти отношения — они непременно закончатся, и ощущение это настолько болезненное, что мы скрываемся от него в случайных встречах, таких вот ночных свиданиях, редких звонках и сообщениях.
— Скажи, а ты…
Он знает этот мой взгляд и знает, что я имею ввиду.
Еле заметно кивает, в то время, как мои глаза округляются от ужаса:
— Неужели до сих пор?! Но почему?!
— Кто знает.
Он прижимает меня к себе и целует в макушку:
— Не забивай себе голову.
Не забивай голову. Хорошо он это придумал.
Впрочем, именно по этой причине мы на самом деле не строим вовсе никаких постоянных отношений. Он — зависимый.
Впрочем, не он один.
Поэтому, конечно, если выбирать между ним и Артемом, то семью я предпочла строить со вторым.
Однако противостоять своему влечению я не в силах. Вот уже лет восемнадцать, как.
Конечно же, я пробовала его забыть.
Клялась себе и близким после очередной ссоры, что и близко не подойду к этому подонку, и… раз за разом находила предлоги, чтобы нарушить данное обещание.
Слишком велик соблазн иллюзией контроля происходящего. Вроде бы как мне кажется, что не привязываться к наркоману со стажем и однажды «раствориться в ночи» так же просто, как дышать.
О, сколько раз я слышала советы «оставить дурные затеи», «уйти от обоих» и «начать жизнь с чистого листа».
Но кто их знает, этих новых людей? Ведь мой спутник тоже когда-то был таким вот новым знакомым, а в итоге…
Наконец, замедляемся. Расстроенно отворачиваюсь в сторону:
— Я думала, у тебя хватило мозгов завязать ещё лет десять назад.
Хмыкает:
— С чего я должен завязывать? Да и что за назидательный тон?
— Нет, ничего.
— Слушай, если тебя что-то не устраивает — держать не стану, — он раздраженно поднимается с кресла, закуривает, и, щурясь от дыма, взмахом руки указывает на дверь: «Иди, если хочешь!»
Внутри всё сжимается.
Точь-в-точь как когда мне было шестнадцать, и мы расстались, потому что он отказался обзывать наши отношения хоть чем-то удобоваримым для общества.
Молчу, но всё же не двигаюсь с места.
— Останешься?
Молча киваю, после чего подхожу ближе к нему и обнимаю за шею. Сию же секунду чувствую его теплые руки, которыми он прижимает меня к себе:
— Вообще-то за это время я очень соскучился. И пожалуйста, не обижайся. Зачем, в конце концов, нам превращать столь чудесный вечер не пойми во что.
Не пойми, что — это я сейчас.
Вместо того, чтобы остаться дома и смотреть какой-нибудь незамысловатый фильм в обнимку с Артемом, я стою посреди роскошного номера с чувством, словно меня только что поимели.
Вот дура!
Надо же было подумать, что за столько лет что-то изменится.
Вдруг чувствую тяжелый вишневый запах вперемешку с табачным.
Я знаю, что у него проблемы с сердцем, и что captain black — достаточно крепкие сигареты.
Но кажется, он достаточно ясно дал понять, чтобы я не лезла к нему со своей заботой.
— Знаешь, Алекс, я, пожалуй, пойду.
— Не смею неволить. Рад был видеть.
— Что, вот так? Даже и не поинтересуешься причиной внезапной перемены?
