Он, похоже, решил скопировать манеру Анны не обращать внимания на других, когда те мешают общаться между собой. Оттого тоже перебил лысого толстяка.
— Сейчас поглядим на камерах, — продолжил товарищ. — Хотя я уже, кажется, догадываюсь, что мы там увидим.
— Знаешь, у меня в голове не укладывается. Я изо всех сил держу себя в руках, более того: у меня было неплохое настроение, до этого самого момента, — глубоко вдыхаю и выдыхаю.
Сбросить норадреналин всё равно не получается.
Алекс пока восстановил не все свои функции, какие-то там связи ещё разорваны. В общем, он предупредил не рассчитывать на его помощь в управлении эмоциями, как раньше. Ещё минимум сутки или двое. Какой-то резерв на жизненно опасные ситуации, по его словам, есть; но тратить его на мелочи он не собирается.
— Они же отвечали за склад, так? Товар исчез в момент, когда действовала их ответственность, так? КАКИМ ОБРАЗОМ ЗА ВСЁ ДОЛЖЕН ПЛАТИТЬ Я?! И ПОЧЕМУ НЕ ДЕЙСТВУЕТ ЭТА ДОЛБАНАЯ СТРАХОВКА?!
— Форс-мажор. — Угрюмо роняет маленькая блондинка, усаживаясь на высокий барный стул в моём номере и расставляя в стороны колени для удобства.
В её движениях нет ни капли двусмысленности, но промежность и нижнее бельё на ней моментально оказываются перед моими глазами, о чём тут же сообщаю ей, указывая в ту точку коротким взглядом.
Она нервно отмахивается от меня и, не меняя положения, продолжает:
— Если в двух словах. На форс-мажоры страховка не распространяется. У нас сейчас именно оно. Нападение явно дело рук армейского подразделения, а армия у нас федеральная. Ущерб, нанесённый федералами, тоже складом не покрывается. — Она переводит дух и продолжает. — За это уцепится страховщик, и будет прав. Видны же и знаки различия на нападавших, и по рисунку действий всё понятно.
— А с федералов у нас взятки гладки, по ряду очевидных причин, — продолжаю её мысль. — Плюс, они как-то вывезли всё из агломерации. Значит, имеют какие-то полномочия шастать через границу округа.
Хаас благодарно кивает и вроде как успокаивается.
Затем спрыгивает со стула, тычет две кнопки на кофемашине и продолжает:
— Я уже спросила наших о границе. Эти сразу двинули в соседний муниципалитет, — маленькая юрист произносит название. — Пересекли границу с соседями в течение пары часов после нападения. Там их не достанем.
— Почему? — я действительно не ориентируюсь в реалиях с её скоростью. — Машины есть. Номера есть. Если надо, поднимем технику Моше и отыщем в течение…
В этом месте задумываюсь.
— Вот-вот, — устало кивает Анна. — Во-первых, сперва найди. Во-вторых, а дальше что?! К федералам обращаться не можем; напомнить, почему?
Отрицательно качаю головой.
— А даже если обратимся, ты же сам понимаешь: они не то что работать не будут, а по возможности вообще пресекут все шансы вернуть твой товар. — Продолжает давать расклад миниатюрная блондинка. — К муниципалам тамошним тоже лезть бесполезно: они сейчас озабочены наблюдением за нашим перетягиванием каната здесь. А победитель пока не определился. Соседние муниципалитеты, конечно, займут чью-то сторону; но только после того, как будет понятно, чья берёт.
— Пока тигры дерутся, выигрывает обезьяна?
— Угу. Ну и поставь себя на их место! Есть, допустим, у тебя какие-то соседи. Соседи эти с чего-то затеяли воевать с твоим начальником. Ты начальника, вроде, и сам не сильно любишь; но что, если он победит? — подтверждает она. — А не они? И, в случае нашей победы, тому муниципалитету всё равно ничего не обломится. Так зачем им влезать?
— Понимаю. Это не их война…
— Точно. Да и даже мой отец сказал, — виновато хлопает глазами девочка. — Сейчас всем в округе уж точно не до поисков твоего товара, ещё и незаконного, как ты говоришь. Подумай на два хода вперёд: ну, допустим, дал отец людей либо как-то договорился с федералами. Ты даже с помощью Моше выяснил, где оно всё сейчас хранится. Допустим, мы налетели и грубой силой там всех затоптали. А дальше что?
— Забираю товар себе? — осторожно предполагаю я, задумчиво глядя, как она стаскивает с себя всю одежду.
— Ага, щ-щас… — устало выдаёт Хаас.
Затем, ничуть не смущаясь, поворачивается ко мне спиной и сверкает голыми ягодицами, направляясь в сторону санузла:
— Я так дома в душ и не успела! — доносится оттуда через открытую дверь, вместе с шумом падающей на пол воды. — Как только мы возьмём товар… а-а-а, хорошо!!!… если это будет хоть с какой-то поддержкой закона… о-о-о!!!… следующим этапом начнётся сверка оплаченных акцизов. Как в нашем муниципалитете, так и при пересечении Федеральной таможенной границы твоим грузом. Оно тебе надо?
— Стоп. В Федерацию всё вошло контрабандой. — С запозданием доходит до меня.
И вот тут меня пронимает уже по-настоящему.
— Ну а я тебе о чём. — Как ни в чём ни бывало, изрекает голая Анна, появляясь из моего душа. — Лягу сегодня на твоём балконе, окей?‥ Тебе про товар всё равно придётся забыть. Либо это будет абсолютно незаконный силовой налёт. Но тогда логичен вопрос: а как ты собираешься его обратно через границу Муниципалитета перемещать? Уже молчу, что можем не победить.
