АЛЕН КУЛОН, ЖАКЛИН РОБЕР и АННИ СОМОН сделали так, чтобы я не впадал в отчаяние от моего незнания английского языка.

Аналогичную роль в отношении итальянского языка сыграла МИРИАМ ПЕНАЦЦИ, которая, кроме того, преобразила мои каракули в превосходный машинописный текст. Она была одной из первых моих читательниц, внимательных и критичных.

Неусыпными, эффективными и всегда остроумными литературными редакторами оказались ЭЛИЗАБЕТ САМАМА и ЛОРАН ТЕИС.

А еще друзья из группы «Nouvelles Nouvelles», которые постоянно интересовались долгим моим путешествием в компании с Александром: ДАНИЕЛЬ АПРУЦ, ЖИЗЕЛЬ БУЛЬЗАГЕ, МИШЕЛЬ ГАЗЬЕ, МАРИ ГУДО, ЮГО МАРСАН, ПЬЕР ЛЕПАП, ЕВА СЕБОЛЬ-ГАЛЛАН, АНИТА ВАЛЬЕХО, не говоря уже о названных выше ЖЕРАРЕ ОБЕРЕ, МИШЕЛЕ БРЕТОНЕ, МАРИ-ЛАУРЕ ФИЛЬОЛЬ и МИРИАМ ПЕНАЦЦИ. Их постоянная терпеливая готовность к разговору на единственный интересующий меня сюжет и чуть ироничное сочувствие к бесконечно долгим срокам моей работы были мощным стимулом к завершению этой работы.

Зато нет никакого смысла благодарить здесь КЛОД ПЮЖАД-РЕНО. Если она и не всегда была довольна этой постоянной жизнью втроем с Александром, она никогда этого недовольства не проявляла и, возможно, даже получала свою долю удовольствия. Поэтому ограничусь тем, что посвящу ей эту книгу.

_________________________

Посвящается Клод

Пюжад-Рено

<p>ЭПОС О ГЕНЕРАЛЕ</p><p><emphasis>(1762–1802)</emphasis></p>

Генерал умирает. Александру три с половиной года. Его отсылают спать к дяде. Ровно в полночь он просыпается от сильного удара в дверь. Вскакивает, чтобы открыть. Кузина удерживает его, силой укладывает обратно в постель. Он отбивается, вопит, рыдает: это отец пришел проститься с ним.

В действительности генерал умер за две минуты до полуночи. Утром Александру сообщают печальную весть. Он не понимает. Что означает смерть? Что он больше никогда не увидит отца. Почему же? Потому что боженька забрал его. А где живет боженька? На небе. Мальчик задумывается. Удрав из дома дяди, он бежит домой, забирается в комнату, где хранится оружие, берет ружье, которое отец обещал подарить ему со временем, и поднимается по лестнице. На площадке он сталкивается с матерью. Она выходит из траурной комнаты, плачет.

«— Ты куда, — спрашивает она меня в удивлении: она-то думала, что я у дяди.

— Иду на небо, — ответил я.

— Вот как, прямо на небо?

— Да, пусти меня.

— И что же ты собираешься делать там, бедненький мой?

— Собираюсь убить боженьку, за то, что он папу убил».

Этот отрывок из «Моих мемуаров», сообщающий отныне детскому слову литературную ценность, свидетельствует о необычайной близости между Александром и его матерью Мари-Луизой. Вдова не столько безутешная, сколько верная памяти эпического романтического героя — красавца, силача, пылкого смельчака безукоризненной честности, но неуравновешенного, человека в высшей степени незаурядного, она все детство своего сына посвятит культу отца, основным ритуалом которого станет ежедневное посещение кладбища, на котором похоронили Генерала.

С годами эпос, в основу которого легли воспоминания Мари-Луизы, родственников и друзей, а также личные архивы Генерала, обогатится показаниями старых солдат или товарищей по оружию, в частности, рассказами Дермонкура, его адъютанта. Так общий труд матери и сына испробует себя в устной форме, прежде чем будет зафиксирован письменно. Что за беда, если то там, то здесь возникнут пробелы, которые надо будет как-то заполнять, или искажения, или неточности: истинны лишь легенды, в которые по-настоящему верят.

Перейти на страницу:

Похожие книги