Все семейство развернули и под охраной отвели в лес, где Сашу полностью разоружили. Разъярившись, он метнул в озеро гранаты. Он был зол: его не впустили в город, который он защищал, ему не позволили переступить порог дома, где ранее жила его семья.
Их квартиру на улице Берсона занял знаменитый товарищ Коз- лов, Герой Советского Союза. Саша много раз слышал эту фамилию, знал и подпольную кличку – Васильев. С 1941 года В.И.Козлов был секретарем Минского подпольного обкома партии, командиром пар- тизанского соединения, в сорок четвертом его назначили первым секретарем Минского обкома и горкома. Краткая Российская энци- клопедия (Москва, «Оникс 21 век», 2003) содержит следующие сведе- ния: до Великой Отечественной войны Василий Иванович Козлов занимал пост заместителя председателя СНК БССР, с 1948 года он
43
стал председателем Президиума Верховного Совета Белоруссии. Он автор книги о партизанах «Люди особого склада».
– Видите ли, «шишке» все можно, – Саша метал громы и молнии.
– Будет у нас кров над головой, сынок, непременно будет, – уверя- ла Сашу Мария Адамовна. Крыша, и правда, появилась: семью из четырех человек поселили в комнатке размером шесть квадратных метров в квартире на улице Опанского.
– Презираю захватчиков! – не унимался Саша.
Как не хватало ему в тот миг карабина! Стрельнул бы в воздух, выпустил пар. С тех пор возненавидел он всякое начальственное высокомерие, связи, блат, «мохнатые» лапы.
В одном из интервью Александр Ибрагимович сказал:
– Я научился не бояться. Так вели себя все партизаны. В войне я приобрел характер. Научился резать правду-матку. Конечно, потом это мне выходило боком. Ни перед кем я не лебезил, не подхалимни- чал. Никогда ни о чем не просил для себя.
Эти правила он выработал раньше, чем у него пробились усы. И еще он научился терпеть.
– Изменник! – слышал за спиной Саша.
– Немецкая подстилка! – неслось вслед Марии Адамовне.
– Предатели! – такие оскорбления глотали сотни, тысячи белорус- ских народных мстителей. Следователи НКВД не зря ели хлеб с маслом, они копались в военных архивах и официально объявили о том, что среди белорусских подпольщиков и партизан было много изменников, в том числе и евреев.
Александр Ибрагимович в одном из интервью признался:
– Я долгое время не указывал в анкетах о своей деятельности в минском подполье, о связи с партизанами. В послевоенные годы сви- репствовали репрессии. Мы боялись ареста. Это был настоящий страх.
…Человек второго сорта. Вот кем чувствовал себя Саша среди одногодков, вернувшихся из волжских, уральских, сибирских горо- дов. В эвакуации они продолжали учебу, ходили в театры, изучали языки, а он русский забыл, одичал, огрубел.
15-летний Мальчиш-Кибальчиш из Налибокской пущи зубами вцепился в «буквари». Из-за его спины, пропахшей лесом и толом, выглядывали, как дикари, всего четыре класса начальной школы.
44
Глава 2
ПО БАНКОВСКОМУ МОСТИКУ
Мост с золотыми грифонами
Учиться, учиться и учиться! Гениальный завет оставил потомкам вождь мирового пролетариата. Александр Ясинский последовал ленинскому наказу без оглядки, удирая от собственной невежествен- ности. Он целился в нее из двух стволов одновременно: поступил в ремесленное училище и подался в шестой класс вечерней школы. Сто- лярное дело, школьные предметы, музыка – он все впитывал, как губка.
– Я был заядлым хлопцем, – сказал о себе однажды Александр Ибрагимович. Любознательность, задор, пытливость сопровождали его в любом деле, за которое он брался мальчишкой, юношей, мужчиной.
В ремесленном училище было «обутно и одетно», а главное сытно. Тегеран-43 дал отмашку, и западные союзники открыли в 1944 году второй фронт в Европе. В голодный рот минского РУ № 4 стал попа- дать неслыханный провиант – американская тушенка, плавленый сыр, лярд (тонкие ломтики сала) и даже шоколад! Впервые дети войны досыта ели, 600 граммов хлеба в день получал каждый уча- щийся.
– Даже кидались им, идиоты! – признался через много лет Алек- сандр Ибрагимович.
Однажды в кабинете директора РУ возник дирижер Белорусского драматического театра Б.М.Кунин. Он поставил вопрос ребром:
– Я считаю, хлопцы много занимаются столярным делом и мало музыкой.
45
