Александр II. Весна России полностью

1 марта 1881 г. Александр II, правивший Российской империей четверть века, средь бела дня был убит прямо на улице. Это был, разумеется, не первый государь из династии Романовых, погибший насильственной смертью. До него такой же конец был уготован Петру III, мужу Екатерины II, и его сыну Павлу I. А за век до этого Петр Великий довел до смерти пытками своего сына и наследника. Но эти мрачные страницы русской истории остались тайной для непосвященных, и подданные империи знали о них не много. О них умалчивали, их отрицали. Впервые — с убийством Александра II — такая трагедия разворачивалась публично, свидетельствуя о слабости самодержавия; и убийство, как с гордостью говорили его организаторы, было совершено во имя справедливости, во имя народа или даже от имени самого народа. Так узаконивалась смерть монарха. К этому удивительному обстоятельству присоединялось еще одно: Александр II, убитый от имени народа, был именно тем человеком, который, вопреки желаниям почти всего своего окружения, хотел дать этому народу свободу. Свободу, о которой говорили как минимум на протяжении века, о которой мечтал народ и которую так и не осмелился даровать ни один государь, даровал именно Александр II.

Трагическая судьба Александра почти полностью повторила судьбу другого человека, который также хотел стать освободителем рода человеческого. В 1864 г. в Соединенных Штатах после долгих лет борьбы Авраам Линкольн объявил об отмене рабства. И год спустя фанатик-южанин, который, как и русские консерваторы, отказывал в освобождении рабам, убил его. Два освободителя почти в одно и то же время — 1861 г. в России, 1864 г. в Америке, — движимые одним и тем же чувством справедливости по отношению к своим согражданам; два мученика, заплатившие жизнью за исполненный ими долг. В Америке план реконструкции Линкольна, предусматривавший устранение последствий Гражданской войны и возможность сосуществования людей разных рас, так и не был выполнен. В России свидание Александра II со смертью состоялось не так быстро, но также положило конец его политическому проекту.

Отличает этих поборников свободы то, что Линкольн сразу же после смерти занял место в духовном пантеоне своей страны. Повсюду улицы и даже здания носят его имя, возвышаются памятники, а его философия, изложенная в первую очередь в Геттисбергском послании, один из краеугольных камней американской демократии. В России пантеон ждал Александра II долго и по большому счету так и не дождался. Авторитетом для двух последних императоров до революции 1917 г. являлся не он. Петр Великий после своей смерти стал легендой, именно он считался создателем новой России. Александр II, коренным образом изменивший русское общество, освободив крестьян, составлявших его подавляющее большинство, не получил такого признания. Да, церковь Спаса на крови, воздвигавшаяся с 1883 г. на Екатерининском (ныне Грибоедовском) канале на том самом месте, где был убит Александр И, свидетельствует об уважении к его памяти, но не отвечает в полной мере тому, что он сделал. После падения коммунистической системы Русская православная церковь канонизировала Николая II и его семью; в часовне Гатчинского дворца, столь дорогого сердцу Павла I, на портрете убитого в 1801 г. императора написано: «Царь-мученик», а это предполагало, что канонизация не за горами. К Александру II такого отношения не было. В людской памяти он оставил два следа: слабость характера, о которой упоминали почти все историки, как будто он нес ответственность за то, что не довел до конца дело своей жизни, хотя только гибель помешала ему сделать это именно в тот момент, когда он готовился положить последний кирпич в фундамент здания свободы; а также необычайный любовный роман, продолжавшийся последние 15 лет его царствования, который часто — слишком часто — отвлекал на себя внимание исследователей, иногда забывавших, что речь идет о государственном деятеле.

Впрочем, трагическая история XX в. в России трижды показывала, что реформировать эту огромную и неуправляемую страну — практически невыполнимая задача. Трижды после Александра II предпринимались попытки пойти по тому же пути — в смутное время модернизировать Россию. Все они стоят того, чтобы их назвать «перестройкой»: во время правления Николая II их инициировали Витте, а позже Столыпин. Первого вынудили уйти в отставку, второго убили; что касается правления Николая И, который принимал решения об этих «перестройках», оно закончилось кровью и крахом монархии, чего удалось избежать Александру II, уберегшему страну; платой за реформу стала только его собственная кровь. И по окончании этого железного века еще одна «перестройка», горбачевская, повлекла за собой крах и исчезновение строя, который считали вечным, — коммунистического.