Православное мировоззрение императрицы Марии Александровны, безусловно, повлияло на формирование искренней религиозности ее детей и их отношение к жизни и к близким. Александр III вспоминал: «Мамá постоянно нами занималась, приготовляла к исповеди и говению; своим примером и глубоко христианскою верою приучила нас любить и понимать христианскую веру, как она сама понимала. Благодаря Мамá мы, все братья и Мари, сделались и остались истинными христианами и полюбили и веру, и Церковь». После смерти матери цесаревич Александр Александрович писал младшему брату: «Если бы речь шла о канонизации моей матери, я был бы счастлив, потому что я знаю, что она была святая».
На яхте по дороге к Кронштадту Александр Александрович и Мария Федоровна вспоминали предыдущие посещения Гапсаля, небольшого городка в Эстляндии на берегу Балтийского моря. Цесаревич впервые отдыхал здесь вместе с супругой в июне 1871 года. Тогда им была уготовлена торжественная встреча с участием высшего начальства края: генерал-губернатора, эстляндского губернатора и предводителя дворянства. В июле того же 1871 года цесаревич с супругой вновь посетили Гапсаль. Во время второго приезда они вели тихий и спокойный образ жизни в маленькой вилле на берегу Балтийского моря.
Пребывание в Гапсале летом 1880 года оказалось самым длительным. Вместе с семьей они отдыхали в городке на берегу Балтики с 11 июня до 12 августа. Была только одна короткая отлучка в конце июня — начале июля, вызванная поездкой в Петербург, по случаю сорокового дня со дня кончины императрицы Марии Александровны.
Ездили вдвоем — дети остались в Гапсале. Как всегда при разлуках с родными почти каждый день обменивались письмами. 1 июля цесаревич писал сыну Николаю:
«Пришли в Петергоф 29-го Июня в 1 час дня; заехали с Мамá в наш милый Коттедж, а потом отправились по жел[езной] дороге в Царское Село.
Вчера вечером мы поехали в Красное Село и там ужинали у Дяди Владимира и ночевали в нашем домике. Сегодня утром был парад Кавалергардскому полку и завтрак всем офицерам у Ан-Папá. К обеду мы вернулись снова сюда и обедали у Ан-Папá.
Бедный Д[ядя] Гег заболел тоже корью, а Д[ядя] Пиц поправляется.
Жду с нетерпением нашего возвращения в милый и тихий Гапсаль и радуюсь Вас всех увидеть. Целую крепко милых Георгия, Ксению и Мишу. Всем нашим мой поклон. Крепко целую тебя, душка Ники».
После возвращения из Петербурга в Гапсаль Минни вместе с детьми много купалась и почти каждый день рисовала свои любимые морские пейзажи. А цесаревич с удовольствием рыбачил.
Из «милого и тихого Гапсаля» не хотелось уезжать, но он обещал отцу вернуться к середине августа. Вернуться и помочь, ведь события последнего времени — покушения и смерть жены, безусловно, не могли пройти бесследно для императора. Цесаревич замечал, как отец осунулся и стал сильнее сутулиться. Астма его значительно усилилась и причиняла ему большие страдания.
Там же на яхте обсуждали планы на конец лета и сентябрь. Решили, что все-таки будет лучше, если они останутся с детьми в Царском Селе.
