Диодор (XVII, 71, 1) и Квинт Курций Руф (V, 6, 9) одни сокровища Персеполя оценивают в 120 тысяч талантов и утверждают, что потребовалось 3 тысячи животных, чтобы их вывезти. После убийства Дария в июле 330 года добыча, которая была захвачена с его обозом, доходила до 26 тысяч талантов, 12 тысяч из которых были розданы солдатам и столько же расхитила охрана. Захват персидских сокровищ принес администрации Александра в 200 раз больше наличности, чем ее имелось у Филиппа; всем заимодавцам, залезшим в долги солдатам, наемникам, девушкам для удовольствий, попрошайкам, барышникам и ворам, которые эту администрацию окружали, овладение персидскими сокровищами доставило огромные средства, способные сотрясать средиземноморскую экономику и все социальные классы эллинистического мира. Кроме того, вот уже тысячу лет греки знали, что золото добывают в нескольких благословенных природой регионах Азии — в Колхиде (нынешняя Грузия, вдоль течения Фасиса, или Риони), у скифов на Урале, у истоков реки того же названия, в русле Окса (Вахша, или бурлящей реки, которая «катит золото в волнах»), у подножия Памира (Таджикистан) и, наконец, к северо-востоку от нынешнего озера Балхаш, к югу от современного Новосибирска, у истоков Иртыша, на отрогах Алтая, куда его отправлялись искать мифические грифоны и муравьи-золотодобытчики, о которых говорит Геродот (III, 102; IV, 27). Так что у завоевателей имелась громадная заинтересованность закрепить за собой места, которые они называли индийским Кавказом к северу от Афганистана, а также долины Амударьи и Сырдарьи — области производства и провоза золотого песка.

Солдаты и сопровождавшие их коммерсанты не были ни искателями, ни старателями, ни горняками, ни плавильщиками. Для них важно было то, что золото можно получать, погружая в воды золотоносных потоков меховые шкуры (отсюда и возникла локализуемая в Беотии и Грузии легенда о Золотом руне), посредством движений толчеи, размалывая скальную породу и промывая ее на наклонной поверхности шлюзов. Их мало интересовало то, что в девяти из десяти случаев золото это состояло из электра, содержащего до 38 процентов серебра: золотоочистные предприятия Суз, Экбатан, Вавилона и эллинизированной Лидии могли отделить золото от примесей в печах, помещая туда металл в тиглях, — с помощью серы, морской соли, древесного угля и таких органических веществ, как ячменные отруби ( Агатархид,цитируемый Диодором,III, 12–13; Плиний Старший«Естествознание», XXXIII, 84; Фотий«Извлечения», § 28). Плавильщики отливали очищенное золото в слитки, в пластины, в монетные кружки, готовые к чеканке и ювелирной обработке. Деловых же людей интересовала во всем этом лишь товарная сторона, только то, что можно было превратить в наличность или наличностью являлось.

В 329 году Александр форсировал Сырдарью, договорился с обитавшими в нынешнем Казахстане саками о позволении караванам, приходящим с Алтая и из китайского Туркестана, обменивать золотой песок, теперь уже на серебряную и бронзовую греческую посуду — ту, которую можно ныне видеть в музеях Термеза, Самарканда, Ходжента, Ташкента. А чтобы обеспечить охрану прохода, в сентябре 329 года была основана Александрия на Яксарте, «Эсхата», то есть «Крайняя». Царь поселил здесь, как и в других Александриях, всех изъявивших такое желание туземцев, сколько-то непригодных к службе македонян и греческих наемников и коммерсантов, которым предстояло, как и в прочих местах, сделаться ремесленниками и лавочниками. Прежде всего они отыскивали себе среди местных жителей супругу, подругу или служанку. Работорговцы, переводчики, врачи, которые следовали за армией, играли свою посредническую роль и здесь, — извлекая при этом громадные барыши. Они приучали местное население к греческому языку и деньгам.

То ли в насмешку, то ли из презрения один сатрап прислал измученным и изголодавшимся воинам Александра, когда они выходили из пустыни Гедросии, золотых монет. Возмущенный царь спросил у наглеца, едят ли его лошади металл, и сместил его (ср. Арриан,VI, 27, 1). Ручаемся, что такого рода провиант был бесполезен далеко не для всякого. Ибо менялы, коммерсанты, художники и артисты постоянно следовали за солдатами, будь то войско Александра, Кратера либо Леонната. Золото интересовало их не меньше, чем добыча. «Овладев Сузами, Александр захватил в царском дворце 40 тысяч талантов золота в монетах и еще в его руках оказалась утварь неописуемой роскоши. Говорят, еще он здесь обнаружил 5 тысяч талантов гермионского пурпура (Гермиона — маленький порт в Арголиде на Пелопоннесе), который, хотя он был сложен там еще 190 лет назад (после восшествия на престол Дария I в 521 году), не утратил свежести цвета и яркости» ( Плутарх«Александр», 36, 1–2). По финансовым отчетам, которые представлял совет на Делосе, мы знаем, что единица веса этой краски, которую получали из крошечной железы моллюска багрянки ( Murex brandaris),обменивалась на такой же вес неочищенного серебра.

Перейти на страницу:

Похожие книги