Гипомнеумата(букв, «памятные записи») — заметки Александра, прочитанные после его смерти войску и содержащие планы новых походов и великих строек.
Гипотоксоты— легкая конница, вооруженная луками и стрелами.
Гипархи— правители областей, сменившие персидских сатрапов.
Гиппарх— начальник отряда конницы (гиппархии).
Гоплит— тяжеловооруженный воин.
Диаграмма— письменное распоряжение.
Диадохи(букв, «приходящие на смету», «наследники») — обозначение полководцев, унаследовавших и разделивших империю Александра.
Ила— подразделение конницы, эскадрон (около 200 человек).
Наварх— командующий флотом.
Ойкумена— населенная часть земли. В представлении древних греков, в ойкумену входили Южная Европа, Северная Африка и Азия вплоть до долины Инда.
Палестра— школа физического воспитания; место, где происходили гимнастические соревнования.
Педзэтайры(педзетеры) — тяжеловооруженная пехота, набиравшаяся из зажиточных крестьян.
Пельтасты— легковооруженная пехота, оружие которой ограничивалось пращами, луками и легкими кожаными щитами (пельтами).
Потос(букв, «влечение», «побуждение») — в понимании Аристотеля и Александра, потос — стремление к подвигу, присущее героическим личностям, которое влечет их к аретэ.
Продромой— легкая конница и пехота, которым поручались разведка и преследование противника.
Проксены— постоянные представители какого-либо государства в чужой стране.
Проскинеза(проскинесис) — земной поклон; принятая в Персии форма приветствия царя, сводившаяся к падению ниц и прикасанию лицом к земле.
Сарисса— длинное (около 4 м) копье, принятое на вооружение в македонской пехоте.
Симмахия —военный союз.
Синедрион— исполнительный орган Коринфского союза.
Таксис— полк пехоты, насчитывавший при Александре около 1500 человек.
Талант —весовая и денежная единицы. Аттический серебряный талант состоял из 60 мин и весил 26,2 кг.
Талассократия— господство на море.
Фаланга —боевой порядок тяжеловооруженной пехоты. Македонская фаланга насчитывала в глубину до 26 рядов.
Фрурарх— начальник воинского поста или крепости.
Хилиарх(букв, «тысяцкий») — в конце царствования Александра ближайший помощник царя, соответствующий визирю восточных правителей.
Хитон —нательная одежда греков и македонян (рубаха).
Эакиды —потомки мифического героя Эака. Эакидами называли эпирских царей, ведших свое происхождение от Эака и Ахилла.
Эпигоны(букв, «потомки») — эллинистические правители, пришедшие на смену диад охам.
Эпитома —сжатое изложение или извлечение из литературного или исторического сочинения.
Эфемериды(букв, «подневные записи») — хроники дворцовой канцелярии Александра.
ФРИЦ ШАХЕРМАЙР И ЕГО КНИГИ ОБ АЛЕКСАНДРЕ
«То, что касается Александра, известно всем», — писал путешественник Павсаний (VIII, 7, 7) 400 лет спустя после походов великого завоевателя, а другой писатель приблизительно того же времени утверждал, что «нет человека, о котором писали бы больше и противоречивее»
[400]. Прошедшие с тех пор века не ослабили интереса к судьбе великого завоевателя, и даже невежественный городничий в гоголевском «Ревизоре» не отрицал, что Александр Македонский — герой, хотя и не рекомендовал на этом основании ломать стулья и наносить убыток казне. Все же ожесточенные споры об Александре не затихали, не только стулья, но даже копья ломали не одни лишь учителя, но и крупнейшие ученые-античники.
Немало сил потратили и ориенталисты на изучение Восточного похода Александра, пытаясь выяснить причины его быстрых побед, а также определить влияние македонских завоеваний на развитие стран Переднего Востока и Средней Азии. В их спорах по, казалось бы, сугубо научным вопросам нетрудно подчас почувствовать и «злобу дня», угадать политическую позицию того иди иного ученого.
Большинство западных историков XVII, XVIII и даже XIX в. признавали идеалом общественного строя афинскую демократию эпохи Перикла. К возвышению Македонии, положившему конец независимости Афин, и к македонским царям Филиппу и Александру многие историки того времени относились с нескрываемой неприязнью. Такую позицию занимали и наиболее известные представители историографии первой половины XIX в.: Нибур, Грот, Курциус и др. Дройзен с его восторженным преклонением перед великим завоевателем стоит особняком среди ученых того времени.