Александр Македонский полностью

Этот поступок Александра и его собственная интерпретация, похоже, отвечала трем целям. Во-первых, таким образом Александр воздействовал на греческие полисы в тот момент, когда снизилось недовольство в Спарте против Македонии. Дело в том, что в Греции Амон ассоциировался с Зевсом, и святилище в Сиутском оазисе там также было очень почитаемо. Кроме того, путешествие имело целью воздействовать и на египтян. Правда, нет никаких доказательств тому, что в тот момент Александр уже хотел, чтобы греки, а тем более македоняне, признали его богом. Тем не менее эта перемена была воспринята ими неодобрительно, со смешанным чувством насмешки и недовольства.

С другой стороны, все античные авторы отмечают, что в 330 г. до н. э. начинается заметное изменение личности Александра: царь все больше перенимает персидские обычаи. То, что древние рассматривали как проявление «восточной изнеженности», объясняется, очевидно, стремлением царя внушить персидской аристократии уважение. Античные авторы были особо шокированы принятием персидского церемониального костюма. Хотя Александр надевал этот костюм только в исключительных обстоятельствах, это начинание было осуждено македонянами.

В этом контексте и разразилось первое дело - процесс Филоты. Он был заметной личностью - сын Пармениона, возглавлявший кавалерию с самого начала походов. В 330 г. до н. э., в столице Дрангианы, он был обвинен в заговоре - покушении на жизнь царя. Дело было сфабриковано царем и его советниками, среди которых Кратер, личный недруг Филоты, имел большое влияние. Затем Александр созвал военный совет. В ходе этого драматического заседания Филота талантливо себя защищал. По окончании заседания царь подверг Филоту пыткам, чтобы «заставить его признаться». На следующий день, на втором заседании, было принято решение предать его смерти, после чего его сразу же побили камнями.

Дело темное и запутанное. Тем не менее при бесстрастном чтении древних отчетов быстро приходишь к выводу, что Филота был абсолютно не виновен в том заговоре, в котором его обвиняли. Да, нет сомнения в том, что, как и многие другие представители знати, Филота отрицательно относился к тому, что Александр перенимал ахеменидские обычаи. Тем не менее для царя, похоже, это оказалось более важным поводом, чем реальная причина его ожесточения против Филоты. На самом деле царь хотел уничтожить семейство, которое никогда не питало к нему теплых чувств. Вот почему в своей речи он сравнил случай Филоты с прецедентом, связанным со смертью Филиппа.

Момент, выбранный Александром для избавления от оппозиции или ее усмирения, знаменателен. До этого времени он скорее терпел, чем принимал вмешательство Пармениона. С 330 г. до н. э. Александр уже не чувствовал солидарности со «старыми македонскими» элементами. Он собирался продолжать поход лишь с теми представителями знати, которые не ставили его авторитет под сомнение, с людьми типа Гефестиона, Кратера и Пердикки. Парменион был убит отрядом, специально посланным для этого в Мидию. Жестокость поступков Александра показывает, что впредь он не намерен был терпеть какую-либо оппозицию. С другой стороны, созыв военного совета позволил ему сплотить вокруг себя военачальников в тот период, когда поддержка македонян становилась все более зыбкой.

Во время праздничного застолья в Мараканде зимой 327/328 г. до н. э. по поводу побед в Согдиане произошла жестокая ссора между Александром и его старым соратником Клитом по прозвищу Черный. Он был близким другом царя, братом его кормилицы и всегда бился с ним плечом к плечу. После убийства Филоты он вместе с Гефестионом принял командование кавалерией. Но теперь гнев, ярость Александра оказались таковы, что он схватил копье и прикончил Клита одним ударом. Судя по всему, это произошло, когда все уже были пьяны. Смерть Клита отрезвила Александра, и его охватило жестокое раскаяние. Но эти обстоятельства не должны отвлекать внимание от основного аспекта: продолжалась оппозиция македонской знати царю, который все в меньшей степени вел себя как «первый среди равных».