В полевых боях диадохи широко использовали укрепления. Боевой порядок они прикрывали искусственными оборонительными сооружениями. На поле боя применялись метательные машины. Так, например, в бою при Мантинее в 206 году до н. э. перед фалангой гоплитов спартанцы поставили катапульты. Но несовершенная техника была неэффективна и лишь снижала тактическую маневренность войск в полевом бою.
Боевой порядок прикрывали слоны. Атакующее правое крыло боевого порядка обычно состояло из тяжелой конницы, в центре выстраивалась легкая конница. Исход боя решала тяжелая конница, а пехота была опорой боевого порядка.
Чтобы выявить характер военного искусства эллинистических армий и флота с конца IV до конца III века до н. э., кратко рассмотрим: войну Египта в период правления Птолемея IV с Сирией и поход сирийского войска под командованием Антиоха III из Парфии в Гирканию.
Сирийская армия под командованием Антиоха III успешно продвигалась в сторону Египта и дошла до границы Нильской долины. Египетская армия под командованием Птолемея IV встретила противника в южной части Палестины около города Газы, где в 217 году до н. э. при Рафии произошел бой, решивший исход войны.
Египтяне имели 70 тысяч пехоты, 5 тысяч конницы и 73 слона. Сирийская армия насчитывала 62 тысячи пехоты, 6 тысяч конницы и 102 слона. Главное преимущество сирийцев заключалось, во-первых, в наличии 10 тысяч воинов тяжелой пехоты, вооруженной по-македонски; во-вторых, в наличии фаланги, насчитывавшей до 20 тысяч человек. Как сирийцы, так и египтяне имели значительное количество наемников, в том числе греков, у тех и у других было много легкой пехоты.
Противники расположились в укрепленных лагерях, находившихся на расстоянии 1 км один от другого. Через несколько дней сирийская армия продвинулась несколько вперед, и теперь противников разделяло небольшое пространство. Через 5 дней войска выстроились для боя.
Опорой боевого порядка египетской армии была фаланга, составлявшая центр боевой линии. На флангах выстроилась конница. На правом крыле в промежутке между конницей и фалангой находились наемники и различные отряды легкой пехоты; на левом крыле в таком же промежутке – пелтасты и несколько отрядов легкой пехоты. На правом крыле, впереди конницы, находились 33 слона, на левом крыле, левее конницы, – 40 слонов.
Центром боевого порядка сирийской армии также была фаланга. На правом фланге находилось 4 тысячи конников, впереди них – 60 слонов, а пространство левее конницы до фаланги заняли отряд, вооруженный по-македонски, и различные отряды легкой пехоты. На левом фланге было 2 тысячи всадников, впереди них – 42 слона, а правее – отряды легкой конницы.
Бой завязали слоны. «Некоторые слоны Птолемея бросились на врага; помещавшиеся на слонах воины доблестно сражались с башен, действуя сариссами на близком расстоянии, они наносили удары друг другу, но еще лучше дрались животные, с ожесточением кидаясь одни на других». Индийские слоны сирийского войска стали теснить африканских слонов египетского войска. В это время конница правого фланга боевого порядка сирийцев обошла слонов и атаковала во фланг конницу левого фланга египтян с одновременной атакой египетских пелтастов греческими наемниками, вооруженными по македонскому образцу. Левое крыло боевого порядка египтян стало отступать.
Когда начальник правого крыла боевого порядка египтян увидел, что африканские слоны египетского войска боятся приблизиться к индийским слонам противника, он отвел в сторону свою конницу и, обходя слонов, вывел ее во фланг и тыл конницы противника, которую энергичной атакой обратил в бегство. В это же время греческие наемники египетского войска атаковали и опрокинули противостоявшую им легкую пехоту из арабов и мидян. Левое крыло сирийского войска потерпело поражение.
Таким образом, правые крылья боевых порядков обоих противников имели успех, а левые крылья потерпели поражение. Правое крыло боевого порядка сирийцев под командованием Антиоха увлеклось преследованием отступавшего противника. Остатки левого крыла египетского войска под командованием Птолемея отступили под защиту своей фаланги.
Фаланги тяжелой пехоты обоих противников были лишь свидетелями событий, происходивших на поле боя. В результате первого этапа боя «…фаланги, открытые теперь с обоих крыльев, оставались еще нетронутыми посередине равнины, колеблясь между страхом и надеждою за исход битвы».
