Центр тайного общества переместился в Тульчин. Там Пестель, Лорер, Барятинский… Михаил Орлов в Кишиневе издает свои знаменитые приказы по 16-й пехотной дивизии, вверенной ему в командование. Майора Владимира Раевского арестовывают и увозят в крепость уже в начале 1822 года.
Доктор Харьковского университета, служивший в Генеральном штабе библиотекарем, член Коренной управы «Союза благоденствия», написавший книгу о необходимости освобождения крестьян, Михаил Грибовский посылает Александру I донос:
«С поверхностными большею частью сведениями, воспламеняемые искусно написанными речами и мелкими сочинениями корифеев революционной партии, не понимая, что такое конституция, часто не смысля, как привести собственные дела в порядок, и состоя большею частью в низших чинах, мнили они управлять государством…
Кажется, что наиболее должно быть обращено внимание на следующих людей:
1) Николая Тургенева
2) Федора Глинку
3) фон-дер Бриггена
4) всех Муравьевых, недовольных неудачею по службе и жадных выдвигаться
5) Фон-Визина и Граббе
6) Михайло Орлова
7) Бурцова»,
Александр знал о заговоре, но не желал выносить сор из избы.
— Не мне их судить! — сказал он И. А. Васильчикову.
Он помнил свое вступление на российский престол, вступление, обагренное кровью родного отца…
В январе 1821 года Николай Тургенев объявил на московском совещании об уничтожении «Союза благоденствия», в который попало слишком много случайных людей; ненадежных членов должно было удалить. Усилиями Никиты Муравьева в Петербурге было создано новое, более законспирированное общество, названное Северным.
Общество это оказалось у правительства на особом подозрении.
Необходима была осторожность.
Директором Северного общества назначили Никиту Муравьева. Помощниками его стали князья Сергей Трубецкой и Евгений Оболенский, позже Трубецкого заменил Кондратий Рылеев.
Общество росло быстро: братья Бестужевы, Михаил Нарышкин, Петр Каховский, Александр Одоевский, Вильгельм и Михаил Кюхельбекеры, Торсон, Сутгоф…
Никита Муравьев, разуверившись в республиканском правлении, разработал проект монархической конституции, которая бы ограничивала власть государя, начал писать «Катехизис свободного человека».
А. Бестужев и Рылеев сочиняли революционные песни.
На юге создается Южная дума… Пестель пишет «Русскую правду», или Заповедную государственную грамоту великого народа российского, служащую заветом для усовершенствования государственного устройства России и содержащую верный наказ как для народа, так и для Временного Верховного правления».
В будущей России командир Вятского пехотного полка полковник Пестель уничтожал любую монархию. Только республика! Крестьяне освобождаются с землей, далее происходит бурный рост капиталистических отношений.
Как и Никита Муравьев, Пестель был за отмену самодержавия. Тут все ясно! Различие в другом: чем заменить его? Конституционной монархией или республикой? Муравьев оставлял землю помещикам, тульчинский директор отдавал ее крестьянам.
Переворот должен быть военным. В этом они сходились. Но участия в нем народа опасались, боясь новой пугачевщины.
«Я предлагал, — показал Сергей Муравьев-Апостол, — начатие действия явным возмущением, отказавшись от повиновения, и стоял в своем мнении, хотя и противопоставляли мне все бедствия междоусобной брани, непременно долженствующей возникнуть от предлагаемого мною образа действия…»
Бестужев-Рюмин поддержал его, и все же предложение это решено было оставить до времени.
— Мало сил, Петербург еще не готов, — убеждал Пестель. — Не погубить бы дела, не успев начать его.
Муравьев для отечества желал пожертвовать самой жизнью. Бестужева заражало его нетерпение.
«Сергеи Муравьев и Бестужев-Рюмин составляют, так сказать, одного человека», — скажет о них Пестель.
Многих «умеренных» фигура тульчинского директора отпугивала.
«Пестель был уважаем в обществе за необыкновенные способности, но недостаток чувствительности в нем было причиною, что его не любили, — отзовется о нем Бестужев-Рюмин. — Чрезмерная недоверчивость его всех отталкивала, ибо нельзя было надеяться, что связь с ним будет продолжительна. Все приводило его в сомнение; и чрез это он делал множество ошибок. Людей он мало знал. Стараясь его распознать, я уверился в истине, что есть вещи, которые можно лишь понять сердцем, но кои-остаются вечною загадкою для самого проницательного ума…»
И в словах своих Бестужев был не совсем не прав.
Жизнь шла своим чередом… Вскоре Сергей Волконский женился на Марии Раевской, дочери знаменитого генерала. И Пестель, быв на этой свадьбе шафером, берет с жениха клятву верности тайному союзу.
Михайло Орлов женится на сестре Марии Екатерине. Кто-то отходит понемногу от общества…
