- Не растерялись и г.г. офицеры. все, как один, сели за стол, и от пирога ничего не осталось.
Последние годы в Петербурге не легко приходилось А. П. - В 1912 г. умер его отец и на руках А. П. остались две сестры и два брата. Их надо было воспитывать и дать им возможность получить высшее образование.
Подросшая сестра поступила на Высшие Женские Курсы, средний брат, окончив гимназию, поступил в С. Петербургское военное училище, а младший пошел в университет.
Трогательная забота о своих доходила у А. П. до того, что он с младшим братом вместе подготавливался к экзаменами по университетским лекциям...
Любил только А. П. в гостях у сестер, в компании студентов и курсисток, поддразнивать их своим "черносотенством".
Братья прекрасно закончили свое образование, а сестра была даже оставлена при курсах.
Себе А. П. во всем отказывал, но никто не мог бы подумать при виде его в первых рядах театра или в блестящем обществе, что этот гвардейский офицер дома живет спартанцем.
IV.
Началась Великая война.
По мобилизационному плану учебная команда Преображенского полка была расформирована. Ее начальник - штабс-капитан Кутепов - должен был остаться при запасном батальоне, но он настоял на своем отправлении на фронт, и 1-го августа 1914 г. А. П. вместе с Преображенским полком выступил в поход командиром 4-й роты.
20-го августа Преображенский полк входит в непосредственное соприкосновение с неприятелем. Имея в головном отряде 3-ью и 4-ую роты, полк развертывается у селения Владиславово (к юго-западу от гор. Люблина) и вступает в бой. Своей стремительной атакой Преображенцы не только останавливают победоносное до этого дня наступление австрийцев, но и вынуждают их к поспешному отступлению.
В этом бою А. П. был ранен ружейною пулей в левую ногу с раздроблением кости. Он упал. Как раз в этот момент неприятель перешел в контратаку. А. П. попытался подняться и не смог. Неприятельская цепь приближалась. - А. П. выхватил револьвер, он не допускал мысли о своем плене. Это увидели лежащие неподалеку его тоже израненные солдаты. Они быстро подползли к своему командиру и, сами истекая кровью, вынесли его на руках.
В ноябре того же года А. П. вернулся в полк, а в марте 1915 года он был вторично ранен, на этот раз осколком гранаты в правую ногу.
Через несколько недель А. П. снова на фронте. В это время Гвардейский корпус был переброшен но железной дороге в район Холма, где шли упорные бои при нашем отступлении с Карпат.
Под селением Красностав Лейб-Гвардии Преображенский полк сталкивается с германской гвардией, с которой и ведет последующие бои.
27-го июля у дер. Петрилово Ломжинской губ. разражается сильный бой. Противник сосредоточенным огнем тяжелых батарей обрушивается на 3-ью роту Преображенцев. От всей роты остается один взвод. Командир роты - капитан Комаров - тяжело ранен. Германцы пошли в атаку и начали охватывав левый фланг Преображенцев. Тогда капитан Кутепов, стоявший со своей 4-ой ротой в батальонном резерве, по собственной инициативе бросается в контратаку, отбрасывает немцев и восстанавливает положение на этом участке.
К концу боя А. П. падает со рваной раной в левом паху.
К нему подбегают санитары, кладут его на носилки, но он приказывает не выносить себя из боя. В соседних окопах сидит еще не выбитый враг. Приходилось штыками защищать свою позицию, и, лежа на носилках, А. П. продолжает вести командование и поддерживать боевой дух своих солдат.
За этот бой капитан Кутепов был награжден орденом Св. Георгия.
Бой под дер. Петрилово А. П. Как-то вспоминал в связи с начавшимся разговором о страхе на войне.
- Я, как и все, в бою испытывал страх, - передавал он
- Но два случая мне особенно памятны - один, когда я не ощущал ни малейшего страха и другой, когда, наоборот, страх овладел мною совершенно.
- В деле у д. Петрилово под Влодакой в 1915 г. я, - рассказывал А. П., командуя ротой Преображенцев и заметив, что немцы по одиночке и небольшими пачками пробираются к месту смычки левого фланга с правым флангом XIV корпуса и уже оказались слева и несколько в тылу нашего батальона, по собственной иницативе бросился туда с ротой... Немцы были опрокинуты. Несмотря на серьезность положения и большие потери - в этот день они дошли до 70 процентов состава - я страха не испытывал.
- А вот, во время Японской войны, был со мною такой случай, - продолжал А. П.
- Я имел под своей командой разведчиков Выборгского полка и в бою под Фучуном находился на левом фланге сибирских стрелков. Атаковав партию японцев, вероятно тоже разведчиков, и отбросив их до перевала на 800-900 шагов, я, чтобы занять прежнее положение, должен был с людьми взбираться на холм с довольно крутыми скалами. Приближаясь к нему и проходя таким образом полосою, по которой отступил отогнанный противник, я обратил внимание на медаль на груди убитого японца. Устроив людей на холме и сделав перевязку раненому в голову своему солдату, спустился к убитому и рассмотрел медаль, оказавшуюся полученной за Китайский поход.
