Александр Суворов. Первая шпага империи полностью

«От цесарской стороны дошло мне без смысла крушительное известие: «Эрцгерцог Карл выступил из Швейцарии, оставил у Генерала-Лейтенанта Корсакова 21 000 при Генерале Гоце, который расположил все войски оборонительно», хотя он должен был ведать, что такая позиция их делит (а неприятель силою бьет в слабые пункты) и принадлежит только крепостям, место того что цесарцы с российскими близ 55 000 должны были почти им равного Масену атаковать. Эрцгерцог, здоровьем слабый, опочивал больше 3-х месяцев по указу и свое правило в наследство оставил… Тем паки уменьшаясь, имея 8 дней на шее Тортону, ныне 47 000, а коли на сих днях остальные из Франции прибудут, то 54 000 ее освобождающих и от Бриансона, Эксилля, Монтсениса с частью и от Масены, коих уже 4000 в Сузе, к Турину свыше 10 000. Я, когда и с Тортоной кончу, буду, хотя против всего сего неприятеля числом меньше лишь 4-й доли, а у неприятеля верно за 3-ю долю реквизиционеров, но, с помощию Божиею, буду по обстоятельствам мои операции производить, колико от теперешней лихорадки ни слаб, и спешить, управясь здесь, к Швейцарии. О чем Вашему Императорскому Величеству всеподданнейше доношу».

У Суворова сложился план быстрого наступления на Ниццу. Он намеревался вторгнуться во Францию. Австрийцы и британцы приложили все усилия, чтобы русский император согласился с другим планом: оставить Италию, не стремиться во Францию, концентрировать силы в Швейцарии. Первым предложил идею Швейцарского похода русско-австрийских сил, находившихся под командованием Суворова, император Франц. Павел в те дни дал себя уговорить союзникам. И Суворов вынужден был готовить переход через Альпы, осознавая, что действует по скрижалям далеко не самого эффективного плана…

В то время Суворов ещё ждал капитуляции последней итальянской крепости, занятой французами, – Тортоны. И надеялся, что ему ещё удастся встретить французскую армию на поле сражения в Северной Италии. От такой встречи Моро уклонился. Тортона стала последним актом Итальянского похода и прологом похода Швейцарского. Крепость капитулировала 31 августа (11 сентября). После этого Суворов ускоренным маршем из Ривальты и Александрии повёл свои войска на север, по направлению к Таверно. Повёл к подножию Швейцарских Альп. Там его должны были ждать мулы, подготовленные австрийцами.

Теперь в Швейцарии располагались две армии, которыми в случае продолжения войны мог располагать Суворов. Это 24-тысячная русская армия генерала Александра Михайловича Римского-Корсакова и 22-тысячная – австрийского барона Иоганна фон Готце. Суворов был недоволен действиями обоих генералов. В Италии с большой армией остался старый австрийский генерал Михаэль фон Мелас. Сам Суворов со своими храбрецами должен был двигаться через Альпы. В его распоряжении оставалось более двадцати тысяч солдат и офицеров с опытом итальянских побед. Французы могли противопоставить всем этим силам крупную 84-тысячную армию генерала Массены и две 50-тысячные армии, действовавшие в Италии и на Рейне. Инициатива в Швейцарии перешла в руки Массены, и Суворов понимал это. От этих факторов он не мог отмахнуться, выбирая путь через Альпы. В альпийских горах уже в древности существовало немало удобных дорог. Однако Суворов избрал самый короткий, но самый трудный путь через Сен-Готардский перевал, по «карнизам» – по сравнительно узким тропам, проложенным над пропастями. Столь же опасный путь выбрал в 218 году до н. э. карфагенский полководец Ганнибал, которого Суворов с детских лет считал образцом. В 1796 году по альпийским карнизам прошёл и генерал Бонапарт, правда, ему было легче. Против него не действовал сильный противник. А Суворову предстояло каждый час сражаться против Массены, который готовил русским богатырям ловушки.