— Я не знаю, как вы отреагируете на грубейшие нарушения. Её величество, Мария Фёдоровна уже высказала всем нам, что это неприемлемо. И что нам всем нужно возвращаться туда, где располагается наш двор.
— Это только мне решать, кто и куда вернётся. А самое главное, когда. — Тихо проговорил я. — А вовсе не Марии Фёдоровне. Постарайтесь это запомнить, Анна Фёдоровна.
— Да, но, — она впервые подняла на меня взгляд. — Да, ваше величество, я постараюсь запомнить.
— Анна Фёдоровна, вы знаете, где ваш муж? — когда я заговорил о Константине, она вздрогнула.
— Я не знаю, где его высочество. Он не отчитывается передо мной в своих отлучках. — Тихо проговорила она.
— Константин сейчас в Зимнем дворце, — зачем-то сказал я ей. — Или вам всё равно? Хоть бы он в прорубь провалился в Неве, да и не выплыл. — По тому, как сверкнули её глаза, можно было сделать вывод, что последнее её вполне бы устроило.
— Я не думаю, что его высочество задержится в Зимнем дворце. Ему больше по душе Мраморный дворец, подаренный ему её величеством Екатериной.
— Вот как, — я прищурился. — А вы не хотите к нему присоединиться?
— Нет, — быстро проговорила Анна и испуганно посмотрела на меня, а потом опустила взгляд. — На всё воля вашего величества, но если я поняла вас правильно, вы хотите пока, чтобы я оставалась здесь в Михайловском замке.
— Раз уж так получилось, что я оказался в замке в окружении прелестных женщин, грех будет этим не воспользоваться, — я улыбнулся краешком губ. — Вы согласны со мной? Почему вы не ладите с вдовствующей императрицей? — Резкий переход на совершенно другую тему заставил её вскинуть голову и посмотреть на меня, даже не скрывая удивления.
— Ваше величество, всем давно известно, что её величество с трудом терпит меня из-за наследственной вражды дома Вюртембергского с домом Кобургским…
— Это называется отговорка, моя дорогая, Анна Фёдоровна. И мне почему-то кажется, что это не так, — я почувствовал, как на меня накатывает злость.
Какая вражда между двумя немецкими княжествами могут быть в Российской империи? Что это вообще за новости? Вот от этого нужно избавляться во вторую очередь. На первом месте у меня стоит всё-таки минимизация моего участия в заговоре.
Вообще-то, решается первый вопрос очень просто, нет заговорщиков, нет проблем. Вот только что-то мне говорит, что они будут сопротивляться. Так что, главное, дров не наломать. В самом крайнем случае организую помощь союзничкам при Аустерлице исключительно в виде отборных дворянских частей. Пускай небо разглядывают, или чем они там занимались. Это, если с Афганистаном ничего не выйдет.
Всё это время я смотрел на жену Константина и чувствовал, что больше и больше злюсь. Злость была необоснованная, но оттого не становящаяся менее сильной.
— Вам нравится чувствовать себя жертвой? — резко спросил я Анну.
— Что? — она смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Разумеется, мне не нравится ни чувствовать себя жертвой, ни быть ею, о чём вы говорите?
— Да? Значит, мне показалось. — Я задумчиво смотрел на неё. — Составьте мне и моей жене компанию за сегодняшним ужином. Я настаиваю, — развернувшись, направился к выходу из комнаты.
— Её величество, Мария Фёдоровна тоже будет присутствовать? — в её голосе прозвучали зачатки вызова.
— Я сказал, мне и моей жене, — развернувшись, посмотрел на неё, — вам ещё и имя моей матери послышалось? Анна Фёдоровна, я хочу услышать за ужином увлекательную историю ваших отношений с моей матушкой. Не включающую в себя упоминания домов Вюртембергского и Кобургского. Ах да, я хочу услышать эту занимательную историю на русском языке. Вам это по силам сделать? Заметьте, я не спрашиваю, что у вас происходит с моим братом. Пока не спрашиваю. И даже даю вам время, чтобы приготовиться.
— Ваше величество, — пролепетала Анна. — Я не…
— Докажите мне, что вам не нравится ощущать себя жертвой. Я даю вам карт-бланш. Ваши слова, которые вот прямо за ужином не сможет перебить её величество. Постарайтесь правильно разыграть эту карту. — Я в который раз посмотрел ей в глаза и вышел из комнаты.
Снова оказавшись в коридоре, огляделся по сторонам. Да, как-то здесь пустовато. Словно все действительно сбежали, пока не получили приказа остаться. И куда же мне всё-таки идти?
— Ваше величество, — из бокового коридора прямо на меня вывернул Розин. — Как хорошо, что я вас сумел найти.
Да, это действительно отлично, что ты сумел меня найти, корнет, подумал я с облегчением. Вот только, зачем он меня искал?
— И зачем же ты меня искал, Филипп Петрович? — озвучил я вслух свой вопрос.
— Семёновский полк собран, ваше величество, — отрапортовал Розин.
— И что, всех собрать удалось? — не удержался я от ответа.
— Нет, — он покачал головой. — Графа Валериана Александровича Зубова нигде не смогли найти, да Александра Александровича Жеребцова, племянника его.
