У Александры не было ни необходимости, ни желания покорять столицу. В свои двадцать шесть лет жизнь в родной провинции ее устраивала. Здесь у нее были семья, квартира, работа, подруги, друзья и даже бывший муж в роли любовника. Правда, в столице было одно важное дело, которое она намеревалась сделать, но все время откладывала. Решение ехать пришло спонтанно. Она и предположить не могла, как круто изменится ее жизнь после такой короткой поездки.
Второй вечер подряд, в одном из столичных дворов, на скамейке детской игровой площадки, напротив подъезда, сидел человек. Его можно было принять, как за молодого человека, так и за девушку: красно-синяя, слегка дутая, короткая осенняя куртка, из под капюшона, накинутого на голову, торчал козырек красной бейсболки. Темные узкие джинсы были заправленные в высокие белые кроссовки. На плече висела небольшая спортивная сумка. Лица молодого человека видно не было, из-за козырька бейсболки, надвинутого на глаза и ворота куртки, наглухо, выше подбородка, застегнутого на молнию. Человек либо кого-то ждал, либо вел свое наблюдение. Он пришел в шестнадцать часов и, уходил вчера, с наступлением темноты. Его яркая одежда никак не подходила для маскировки, скорее всего, учитывая ноябрьскую погоду, он просто зябнул. Он вставал со скамейки, обходил по кругу двор быстрым шагом, приседал, иногда, прикуривал сигарету и возвращался на свой пост. « Второй вечер проходит в пустую, – проговорил чуть хриплый голос вслух. – Может, еще раз позвонить в квартиру? А что я сегодня скажу? Что мне ответили вчера? Я могу получить и сегодня такой ответ. Вряд ли мне будут здесь рады. Не нужно было вообще ехать сюда». Сидевший человек достал из кармана куртки сигареты и зажигалку. Яркий язычок пламени загорелся и тут же потух, оставляя после себя светящийся кончик сигареты и облачко дыма. Выкурив сигарету, человек поднялся, разминая ноги, глядя на светящиеся окна дома. Он уже собирался покинуть свой пост, когда увидел знакомый номер машины, въехавшей во двор, вновь присел на скамейку и ждал, когда хозяин припаркует свою машину и пойдет к подъезду. Послышался звук сигнализации, а через пару минут и голос, скорее всего подростков: «Бей сильнее, этого гада!» Красно-синяя куртка легко перепрыгнула низкий забор и бросилась к машине. «Прекратили, кретины», – крикнула она, остановившись. Три подростка, шестнадцати-семнадцати лет, замерли. Как, в кино, в замедленной съемке, секундное замешательство, и двое парней бросились на нее. Куртка не особо церемонилась с ними, но и не зверствовала в полную силу. Первый получил резкий секущий удар по колену сбоку и, потеряв почву под ногами, упал на землю, а второй приземлился чуть дальше, после прямого удара открытой ладонью в лоб. Третий бросился бежать, не дожидаясь своей очереди. Мужчине, даже за это малое время, досталось, ведь сбив его на землю, его пинали в три ноги.
– Вы в порядке? – спросила куртка хозяина машины. – Встать сможете? Давайте помогу. Возьмите платок, у Вас кровь. Откройте машину, садитесь на заднее сидение.
Она помогла ему сесть и занялась молодежью, которая начала приходить в себя. Одному завела руки за спину, стянув их, его же собственным шарфом. Его другу и соратнику пожертвовала свой шейный платок. Парни сидели и молчали, чувствуя конец своей операции. Куртка набрала номер и назвала адрес.
– Сидите смирно, если не хотите получить добавки. Что вы от него хотели? – спросила она, поднимая увесистую палку, которая так недавно соприкоснулась с головой мужчины. – Может ее удар попробовать на ваших головах? Зачем вы его били, придурки, если хотели ограбить?
– Заработал, за то и били, – тихо сказал один. – Его барахло нам на фиг не было нужно.
– Посидите, подумайте, пока наряд не приедет. А Вам нужно в больницу, – обратилась она к мужчине. – Скорую помощь вызвать?
– Спасибо. Не надо скорую. Я передохну и сам доберусь до травмпункта. Здесь недалеко.
О чем-то поговорив с прибывшим нарядом стражей порядка, несколько минут, куртка передала им орудие преступления и двух злоумышленников, которых погрузили в полицейскую машину, и обратилась к потерпевшему:
– Давайте мне ключи. Не бойтесь, я умею водить машину, а с почетным эскортом можно и без прав ехать. Все равно они от Вас не отстанут. Вам выбирать: больница или отделение полиции. Да, для протокола полиции: я не знаю, кто кого бил, а кто разнимал. Вы сами разберетесь, как представить произошедшее событие. Мне не хочется быть свидетелем не из-за страха или равнодушия, а потому, что мне не известна причина случившегося. То, что это не простое ограбление, мне понятно, а вот что Вас с ними связывает, большой вопрос. Скорее всего, за ними явятся родители, будете беседовать с ними.
Пока пострадавшего опрашивали, обследовали и оказывали помощь, красно-синяя куртка, бейсболка и сумка лежали на узком диванчике в коридоре. Полицейский вышел первым, напоминая еще раз об утреннем визите потерпевшего в отделение.
– Ребра оказались крепкими, как и череп. Сотрясение легкое, а ребра будут болеть ни один день. Сегодня Вам повезло, – говорил доктор, провожая пациента. – Завтра Вы себя в зеркале не узнаете. На теле и лице появятся синяки от ушибов. Ну, а ссадины уже все сегодня на лицо и на лице. Всего доброго.
