— Айно, Илья на выход. — Ничего не ответила проштрафившимся. Выбежала за двумя своими сержантами. Сначала кросс — пять километров. Потом полоса препятствий, выстроенная в самом начале, когда ещё формировался корпус. Я засекала время. Если Айно с Ильёй не укладывались, то повторяли заново. Отрывалась на парнях по чёрному. Не давай отдохнуть, перешла к поединку на боккэнах. Они боялись меня ударить, не потому, что опасались какого-нибудь наказания, а просто боялись причинить мне хоть какую-нибудь боль. Зато я не боялась. Ничего — больше пота и синяков в учении, меньше крови и увечий в бою, засранцы такие.
Опустила боккэн. Айно с Ильёй, постанывая и морщась, потирали разные части своего тела. Положила учебный меч на землю.
— Айно, Илья, нападайте на меня. Рукопашная. Начали.
Парни кинулись на меня. Ушла с линии их атаки, крутанулась и влепила Илье удар ногой в бок. Он качнулся и помешал Айно, совершить атаку, сбивая его бросок ко мне. Резко шагнула к Илье. Он попытался меня перехватить. Перехватила его правую руку, используя его вес и движение, совершила бросок. В воздухе только мелькнули ноги и Илья грохнулся на землю. Айно быстро среагировал и нанёс мне удар в левое бедро, после чего ухватил за куртку, дергая на себя, смещаясь мне за спину. Я качнулась в ту сторону, куда он меня и направлял, вот только ускорилась, перехватывая его руку, которой он держал меня за куртку, толчок ногой от земли, прыжок и ногами обхватила его шею. При этом мы продолжали разворачиваться. Разворот я ещё ускорила, откинувшись в туже сторону. Центробежная сила, действовавшая на нас при развороте, усилилась и мы упали. Но его шея уже была жёстко зафиксирована моими ногами. Одно движение и я её сломаю. Отпустила Айно, вскочила на ноги. Бедро побаливало, но это ерунда. Оба сержанта поднялись. Айно потирал шею.
— Я не поняла, девочки? Вы что, как беременные курицы? Я вас чему учила больше года? Встали, смирно! — Оба вытянулись. — Я разочарована. Это, что за атака? Вы кто? Скоморохи и шуты гороховые или вы бойцы? Я вижу расслабились?! Плохо. Одни пьянствуют, вторые ворон считают.
Заметила, как к нашей тренировочной площадке, подтянулось несколько бывших наёмников Георга. Смотрели на нас. Что-то рано встали, голуби сизокрылые. Но раз встали, то это хорошо. Остальных сейчас поднимем. Ваш расслабон в плену закончен.
— Слушайте меня, сержанты. Исправлением ошибок, будем заниматься позже. А сейчас, у нас на территории корпуса целых два десятка новобранцев, которые должны стать будущими сержантами. Это наёмники Георга. Они обученные и матёрые вояки, прошагавшие и кошмарившие пол Европы. Но мне мало их навыков. Да, они будут обучать кадетов европейскому бою. Но и сами будут учиться. Всё понятно?
— Так точно, Царевна. — Гаркнули Айно и Илья.
— На вас моих палатинов ляжет дополнительная нагрузка в контролировании этих новобранцев. Айно, ты же знаешь немецкий?
— Так точно, матушка Царевна.
— Вот и хорошо. Там большинство наёмников не знают нашего языка. Но им придётся выучится. Или я их продам в холопы, а то ещё хуже, туркам на галеры.
— Матушка Царевна, а что с остальными палатинами? С Боженом, с Богданом, Степаном, Никифором?
— А что с ними? Они теперь свободные. Могут спать хоть целый день, пьянствовать столько, сколько хотят. Благо серебро у них пока есть. Всё то серебро, что они доверили мне для хранения я им выдам. Мне чужого не надо.
— Может ты простишь их, госпожа? — Спросил Айно.
— Может мне у тебя, Айно, совета спросить, что мне делать, а что нет?
— Нет, Госпожа.
— Может вам обоим что-то не нравится? Так можете присоединиться к своим дружкам. Хотите?
— Никак нет.
— Тогда на право! — Они слаженно повернулись. — В казарму, для приведения себя в порядок и принятия водных процедур, бегом марш!
Они побежали. Причём бежали строем из двух человек, всё как по уставу. Айно бежал первым, Илья за ним, дыша в затылок. Каждый в правой руке нес свой боккэн. Я подняла с земли свой. Пошла за ними. Подошла в трём полоненным наёмникам, которые смотрели за нашей с сержантами тренировкой. Указала им рукой на казарму. Они не поняли. Тоже посмотрели на казарму, потом опять на меня. Ударила боккэном стоявшего ближе всех ко мне мужчину с красивой бородой, заплетённой в косички с бантиками, по плечу.
— В казарму бегом! — Закричала им. Но знаю, поняли они меня или нет, но рванули, как борзые за зайцем.
Подошла к казармам. Айно и Илья умывались. Недалеко от них стояла вся четвёрка — Божен, Богдан, Никифор и Степан. Ага, Богдан с Никифором сбегали, нашли засранцев. Смотрели на меня виновато и просяще. Но я игнорировала их. Посмотрела на часы. Постукивала боккэном себя по ноге. Илья с Айно умылись, заскочили в казарму одеваться. Провинившиеся подошли ко мне, бухнулись на колени.
— Прости, Царевна. Не гони нас… — Начали говорить они.
— Я сказала свободны. — Перебила их. — Позже придёте на подворье, выдам вам ваше серебро. Мне чужого не надо. — Прошла к отдельному строению, где квартировали пленные наёмники. Рядом со входом стояли двое. Смотрели на меня с опаской.
