— Не стоит, — маг покряхтел на кресле усаживаясь удобнее, — ты хоть представляешь, сколько этих праздников было в моей жизни? Этот праздник ерунда, по сравнению с тем, что устраивают Цаони.
— Цаони — это кто?
— Это кочующий народ. Их еще называют дети Вуура.
— Бог Огня!
— Да, верно. У Цаони очень много поцелованных огнем. Они всегда в пути, останавливаются на несколько дней у города, разбивают шатры с палатками. У них там и маги, и акробаты, и певцы с танцорами. Гадалки, уродцы, рассказчики, скоморохи, дрессировщики, а гимнастки… ммм, — маг прям расплылся в улыбке и глаза прикрыл. Я тоже заулыбалась. Видно, есть что вспомнить старику то.
— Они устраивают такие праздники, это нечто. Некоторые бывает и уходят с караваном. Потом возвращаются, как протрезвеют. А некоторые и нет. У них вечная дорога, жизнь без забот и обязательств, вечный праздник. Они горят, жизнью горят. Невероятный народ.
— Но они люди?
— Ой, кого там только нету. Именно у Цаони можно встретить расы, которых никогда нигде не увидишь. Именно Цаони исколесили большинство земель и видели то, чего многие и представить не могут. Поэтому их сказителей так любят, особенно конечно дети. Ну и за зверей невиданных тоже.
— Вау! Я бы тоже хотела побывать у них.
— Обязательно! Если узнаешь, что они где-то недалеко, то обязательно посети. Это того стоит. Но, к сожалению, это редкость. Они больше любят южные земли, сюда к нам редко поднимаются.
— И правда жаль.
— Александра.
— Да? — маг смотрел серьезно. Я подобралась.
— Разведчики вернулись. Сегодня все отдыхают, завтра приходят в себя. А на следующий день будем собирать совет. И ты должна на нем быть.
— Должна?
— Это будет твой клан и твой город. Тебе пора начинать принимать решения.
— Страшно. Немного.
— Это хорошо. Меня бы больше напугало, прыгай ты от радости.
Я хмыкнула. Это надо быть идиотом. Прыгать от счастья, когда тебе вверяют чужие жизни и вешают такую ответственность. Льстит, конечно, что в меня верят. Самой бы тоже поверить.
Уже совсем стемнело, когда мы отправились на праздник. За Имрой пришел Корт, и они вдвоем провожали меня со Славой. Только подходя к шумному полю, на котором отсвечивали костры, я задумалась. А что я буду там делать? Я обняла крылатого Славу, мы придумаем. А если нет, то покрутимся и отправимся домой. Дорогу я помню. Да тут и ничего сложного — всегда прямо.
Там было шумно. И людно. Люди сновали от палаток к палаткам, все смеялись, с разных сторон доносилась разная музыка. Я не обратила внимания, когда потеряла Имру с Кортом, да и не хотела я мешать им. Между ними разве что искры не летали, я там лишняя. Там все лишние, эти двое, когда вместе — людей не видят. Эхх. Даже завидно. Ну так, светлой такой завистью, с мыслями «вот бы и мне так».
Я тоже пошла по палаткам. Мне тут же всунули стакан горячего вина, горячую колбаску, печенное яблоко в меду и кулек орешек. Тоже в меду. Слава хотел попробовать все. А учитывая, что он у меня на руках, и эти все угощения мне тоже сунули в руки… У нас началась почти война, при которой я старалась не уронить Славку, не пролить вино, и не дать этому хулигану покусать сосиску. Тем более, что яблоко он уже успел присвоить в свои загребущие лапки.
— Гера, вам помочь? — рядом раздался смеющийся голос командира. Я отвлеклась на него, и Слава этим воспользовался, дотянувшись наконец до колбаски.
— Уже не надо, — я смотрела на этого нахала негодующе, но голос мой смеялся. Я про нахала у меня на руках, если что. Не могу злиться на Славу.
— Давайте я его подержу, а вы можете спокойно взять еще колбаску.
— Ой, я даже не знаю, — неловко. И немного боязно. Многие его уже не любят, мало ли, если командир чего задумал.
— Не бойтесь, я его не обижу. Это же ваш питомец.
Я еще раз посмотрела на командира. Вид вроде доброжелательный. Да и не такой командир человек, чтоб слово нарушать. Офицерская честь из него так и прет. Несмотря на тряпичные оленьи рожки на капюшоне. Я почесала свой разрисованный нос и протянула гер Лайнеру Славу. Он аккуратно взял его на руки. Слава застыл истуканом с яблоком в лапках, только смотрел на командира как кролик на удава. Колбаски, к слову, уже не было. Потом мой малыш посмотрел на меня и тихонечко пискнул.
— Будь хорошим мальчиком, — я погладила его успокаивающе. Конечно, у него шок, это первый человек, кроме меня, который взял его на ручки.
