– Про вампиров меня спрашиваешь? – она быстро взглянула на меня через плечо. Я лишь пожал плечами. – С какой целью? Если собираешься их высмеивать или снова талдычить, какие они опасные, я тебе ничего не расскажу.
– Ну и когда я последний раз тебе все это говорил? А?
Мэри промолчала. Я давно уже не напоминал ей о том, что с вампирами водиться слишком опасно. Что толку говорить, если сам разрешил ей проводить много часов в их доме? Мэри с таким усердием мыла картофель, что я начал сомневаться: она обдумывала, что бы мне рассказать, или то, о чем лучше умолчать?
– Ты с кем-то, кроме Тайлера, общаешься вообще в их доме? – спросил я, уже не выдерживая неловкой паузы.
– Конечно! – фыркнула Мэри. – С Фиби, с Софи тоже. И с Лексой, – поспешно добавила она.
– А что остальные?
– Ну Криса ко мне не подпускают, если ты об этом. Да он и сам или в комнате своей сидит, или в городе мотается. Но людей он не ест, это я точно знаю. А Айзек и Эмма держатся отдельно, они не слишком-то и хотят с человеком говорить. Это я так думаю.
– А Джордж? – спросил я, но без особого интереса, только для того, чтобы мой следующий вопрос не выглядел так странно.
– А он в кабинете своем сидит все время. Иногда они с Софи ездят к друзьям в Портленд. Я его, если честно, почти никогда не вижу.
Хотел бы я сказать то же самое. Джордж в последние две недели каждый день ходил к границам, чтобы выяснить у нас что-нибудь. Зачастую его интересовали новости о вампирах, но иногда он позволял себе большее и задавал вопросы о стае. Не понимаю, это праздное любопытство или он собирал информацию? Но тогда что он будет делать с ней потом? Да без разницы, все равно ему никто ничего не говорил. Непонятно, на что Джордж рассчитывал, задавая вопросы волку.
– А чем Лекса занимается? – невзначай спросил я, делая еще один глоток. Мэри уже очистила картофель и теперь небрежно сбрасывала его в круглую чугунную сковороду без ручек.
– Большую часть времени она общается с Эммой или Джорджем. Это когда я прихожу, а по утрам она вроде в океане плавает. Иногда с Фиби, но чаще сама.
То, что она плавала в океане, я знал и сам. Волки за ней следили не столько для того, чтобы контролировать, сколько для того, чтобы держать связь. Увеличение вампиров на границах не давало повода беспокоиться, это происходило постоянно, но с учетом того, что на стаю теперь открыто покушались какие-то там правящие вампиры, лучше было держать уши востро.
Наблюдая за тем, как Мэри вываливала кучу овощей в маленькую сковороду, я позволил мыслям бесконтрольно витать. И услышал
«Но мы выжили, Лекса. Благодаря тебе», – подумал я, искренне желая сказать ей это лично. В глаза.
– Я понимаю, что тебе тяжело это признать, – начала Мэри, выкладывая курицу на гору овощей. Мне, показалось, что она выбрала слишком маленькую посуду для такого количества продуктов, но я промолчал. – Но не все вампиры плохие.
– И что мне теперь сделать? Помочь перевезти твои вещи?
Мэри застыла лишь на секунду, но я успел уловить перемену в ее поведении, чтобы понять – она и правда подумывала переехать к ним.
– Мэри, ты в своем уме? Ты хочешь жить в вампирском доме? Ты же человек! Тебе нужно спать, нужно есть, у тебя есть потребности, ты гораздо уязв…
– Тайлер всегда будет рядом! – Мэри резко повернулась и впилась в меня испепеляющим взглядом. У нее голубые глаза отца, но характер – нет. Иначе она никогда бы не поступала так иррационально. – Он защитит меня. Всегда. Я же говорила тебе, он – моя родственная душа, моя половина.
– Избавь меня от этого романтического бреда, Мэри! Тебе не двенадцать, чтобы верить в эту чушь! Он – вампир. Ты – человек. Ты для него еда, для каждого, кто живет в их доме.
– Они не едят людей! – закричала Мэри.
Я мог быть уверен, что не убивал людей только один вампир в их доме. И то,
Мэри все еще сверлила меня взглядом, полным слез, я опустил глаза, уткнувшись в чашку. Фыркнув, Мэри поставила сковороду в духовку и со злостью хлопнула дверцей.
– Ты черствый, Джон. Мне тебя жаль, – прошептала она, не поворачиваясь ко мне. Она оперлась руками о тумбочку и склонила голову. Мэри нервно усмехнулась: – Хотела бы я, чтобы твоя родственная душа оказалась вампиром. Я бы долго смеялась над этой шуткой природы.
Если скажу ей, что я не верил ни в какие родственные души, то обижу еще сильнее, и этой ругани не будет конца.
– Какое будущее ты себе видишь? – в итоге спросил я.
