— Я чувствую, что все будет зависеть от отзывов критиков на мою первую роль. Меня ждет либо успех, либо провал.
— Либо тебя попросту не заметят, — добавил Бриали.
Однако увидев расстроенное лицо друга он сказал:
— Я пошутил. Тебе повезло, что ты снимаешься у Ива Аллегре. Он признанный мастер, и его имя обеспечит успех фильму, а, значит, и актерам.
На ужине, устроенном режиссером, Ален воспрял духом. Его хвалили все: Аллегре; Кокто, которму польстило, что молодой актер выучил отрывок из его пьесы и, конечно, Бриали. Жорж Бом сидел за столом напротив Делона, и в конце вечера они разговорились.
— Вы поступили совершенно правильно, отказавшись от голливудского контракта, — сказал Бом. — Как агент, я восхищаюсь прозорливостью того, кто дал Вам этот совет.
— Это был мой собственный выбор.
— Значит, Ваша интуиция заслуживает восхищения. У Вас есть новые предложения от режиссеров?
— Пока нет. Еще не закончены съемки моего первого фильма.
— У некоторых актеров график работы расписан на годы вперед. Если я узнаю о какой-нибудь подходящей роли, то упомяну режиссеру Ваше имя.
— Заранее благодарю Вас, — сказал Ален.
Утром он пересказал Бриали разговор с агентом, и тот ответил:
— Это хорошая новость, но я бы в первую очередь полагался на помощь Ива Аллегре. Мнение режиссера всегда более веско. Когда у тебя закончатся съемки?
— Через неделю.
— Наконец-то ты перестанешь будить меня ни свет ни заря, — засмеялся Жан-Клод, поняв по выражению лица Алена, что тот ожидал намека на новую роль.
Молодой человек продолжал встречаться с Мари и иногда заходил к ней домой. Мадам Лука держалась с ним приветливее, чем во время первой встречи, но втайне не одобряла дружбы дочери с Аленом. Однажды девушка пришла на свидание вся в слезах.
— Мы будем вынуждены расстаться, — грустно сказала она возлюбленному.
— Но почему? — удивился он.
Их взаимная привязанность росла день ото дня, и актер отвергал все предложения знакомых актрис и гримерш о встрече. Мари оказалась права, они не стали ждать проявлений его интереса, и взяли инициативу в свои руки.
— Ты должен был лететь в Голливуд на целых семь лет, — ответила девушка. — Лучше бы ты подписал тот контракт, потому что мой отец получил повышение, его назначили управляющим американским филиалом фармацевтической компании, в которой он работает. Мы всей семьей переезжаем в Бостон, а я не могу разлучиться с тобой.
Она с нетерпением ждала его ответа, надеясь, что он предложит ей выйти за него замуж.
— Это очень печально, но я не вижу выхода из этой ситуации, — сказал Ален. — Когда ты уезжаешь?
— В конце месяца.
Мари почувствовала, что он колеблется, и спросила:
— Ты обдумываешь, как просить у родителей моей руки?
От удивления Ален замер, а потом невольно улыбнулся.
— О чем ты говоришь? Тебе семнадцать лет, и твоя семья прогонит меня после первых же слов о женитьбе на тебе. Ты выглядишь и рассуждаешь, как ребенок.
— Все время нашего знакомства ты вел себя со мной вовсе не как с ребенком! Что же изменилось сейчас?
— Мари, я люблю тебя, но о брак между нами не возможен. У меня нет денег не только на квартиру, но даже на комнату. Я рассчитываю на гонорар за фильм, но пока получил лишь небольшую часть этих денег.
— Я согласна жить где угодно, только бы вместе с тобой.
— Давай прогуляемся по набережной и ты успокоишься, — сказал Ален, обняв девушку за плечи, но Мари вырвалась и горячо проговорила:
— При первой же трудности ты готов отказаться от меня. Не верю больше в твою любовь.
Она бросилась прочь и села в такси, прежде чем Ален успел догнать ее. Он дошел до дома пешком, надеясь застать в квартире Жан-Клода, но того не было; оставленная в гостиной записка гласила, что он придет очень поздно, может быть, даже утром. У молодого человека мелькнула странная мысль — посоветоваться с матерью, но он решил, что, приехав в Бур-ля-Рен, назад уже не вырвется. Ален рано лег спать, так как переживал из-за скорой разлуки с Мари. Его съемочные дни кончились, и он проснулся в полдень, страдая от головной боли. На кухне он увидел Жан-Клода, тот прикладывал к вискам лед.
— Достань, пожалуйста, и мне несколько кусочков льда, — попросил Ален.
Бриали великодушно поделился с ним своим запасом и сообщил:
— Я вчера был на вечеринке, которую устроил Герберт. Помнишь, я познакомил вас в Каннах. Он приехал на пару дней в Париж вместе с Эльзой. Похоже, добился-таки ее расположения. У Герберта серьезные намерения: он думает жениться на ней.
— Жан-Клод, я тоже решил обзавестить семьей.
— Похвальное намерение, — ответил тот, скосив глаза на друга и подозревая, что тот забавляется.
— Мари недвусмыслено дала мне понять, что хочет выйти за меня замуж.
— Неужели? Она совсем малышка. Судя по твоим рассказам о ее семье, я спокоен за твое будущее. Они никогда не дадут согласия на ваш брак.
— Ее семья переезжает жить в Америку, отца Мари назначили там управляющим филиалом. Не могу себе представить, что моя девушка тоже уедет.
