На улице май, в очки стукнулся майский жук. Аленка предполагалось роль свидетельницы на свадьбе, но в виду ее вида, ее кандидатуру забраковали. Шоколадке предложили присоединиться к торжеству за свадебным столом. На банкете под шатром, на территории загородного дома присутствовало много народу, в основном родственники жениха. Из прежней жизни Кристины, была только ее телохранительница. Гуляли по полной программе, кричали горько уже наверно тридцать раз. По плану, сейчас должна начаться свадебная драка, тамада уже к этой теме подводил. В очки героини опять стукнулся майский жук. Откуда-то запахло дымком, и этот дымок точно был не от шашлыков. Шоколадка по старой привычке решила отработать угрозу. На территории оказалась все чисто, приступила к осмотру дома. Густой дым со странным зеленным оттенком стелился по всему первому этажу. Аленка шла по колено в болоте, вот только мистики здесь мне не хватало.
-Кому это мне?
- Мне главной героине, Егошиной. А. В. 1975 года рождения.
-Эй, что за контакт, я как автор на него не давал добро. Так что давай дальше иди.
Героиня начала погружаться в зеленую муть, источник мистического возгорания находиться в подвале, скорей всего в сауне. По мере спуска открытые участки тела начало жечь. Нет, это был не перегрев, а предвестники химического ожога.
-Нет, я туда не пойду.
-Тебя кто об этом вообще спрашивает, ты героиня повествования.
-Смысл где, какого хрена я туда иду. Мне уже и так понятно, что из этого ничего хорошего не выйдет. А спрашиваешь меня об этом ты, ведь ты сам говорил, что герои ярких книг должны быть живые.
-Хорошо, короче ты туда идешь, чтобы понять новый смысл твоей жизни, там тебе откроется пятая роль.
-А ты у меня спрашивал, хочу ли я этого. Может, я хочу семью, детей мужа, чтобы все, как всех.
Слушай Ален, я не думаю, что тебе с лицом монстра это перепадет. Да разве тебе интересна роль домохозяйки, книга ведь твоя серая получиться. Лара Крофт как-то не смориться в роли мамочки.
-Это еще кто.
-Ладно, забудь, давай по-другому, я думаю, что твоя жизнь зависит не только от меня, но и от читателя, точнее от его воображения, ведь если он не будет читать и представлять, то не будет и твоего продолжения. А ты здесь слишком затягиваешь повествование, если по простому, то твоя философия здесь никому не нужна. И вообще побеспокоилась бы ты лучше о своем рассудке, раз с автором уже диалог ведешь. И это в самом начале книги, что будет с тобой, когда дальше по повествованию пойдешь. Я уже подумываю, что произведение твое в тупик зашло.
-Эй, давай не останавливайся, продолжай мою жизнь.
Сквозь зеленую дымку, сквозь стеклянную дверь сауны, просматривался знакомый силуэт.
-Ты хотя бы, трусы на нее одел.
-Ты опять за свое.
-Все, все, я молчу, уже заинтриговал, давай, что там дальше.
Зоя Константиновна, в своей любимой комбинации нижнего белья, кидала что-то на раскаленные камни. С красных камней поднимался зеленый пар, который вытекал в приоткрытую дверь.
- А это ты Алена, рада тебя видеть.
Зоя Константиновна вы же мертвая, какого хрена в сауне делаете.
- Я свидетельница бога, он меня избрал, вера моя правая, она меня ведет. Когда наше воинство в тридцать тысяч будет, зло на землю придет, отчет времени божьего уже пошел.
-Зоя Константиновна, я все понимаю, правда, правда оказывается за тобой, и победа будет за вами, но какого черта вы здесь-то творите.
Парку поддаю, чтобы свадьбу дочки отравить, ты мне тоже как дочка была, поэтому даю тебе в этот раз возможность жить. И не противодействуй больше богу.
- Стоять, там же ваша дочь кровная или газ у вас все-таки выборного действия.
-Нет, жизнь я у нее тоже заберу, все равно бестолковая она была, все только своей внешностью и моими советами добилась, сама видишь и красота уже не та, и нет меня. А ты иди, а то пары в твоем мозге скоро достигнуть предельной концентрации, вон уже видишь меня и с автором разговоры ведешь.
-Так старуха, я сказала стоять. Мне уже разрешали сегодня жить, в этой книге ты не нужна.
Бросок через бедро вышел автоматически, стеклянная дверь разбилась, глубоко порезав тело старухи. Из ее спины торчали осколки двери, бежала темно зеленая кровь, но она все-таки встала как терминатор после броска. Нижняя челюсть надломилась, удлинилась, начали прорастать клыки. Руки старухи обрели еще несколько локтевых суставов, глазные яблоки помутнели до черноты. Зоя Константиновна заорала, довольно таки страшным голосом. До Аленки только сейчас дошло, что это все по-настоящему, это не фильм и не книга, фантаста извращенца. Зоя Константиновна, истинная коммунистка, заслуженная учительница, божий одуванчик, сейчас как демон восстает.
-Хотя какая она святая, это она же сука облила меня тогда кислотой. Это по ее вине, теперь я стопроцентная Аленка-Шоколадка.
