Сулейман смотрел на Анастасию, вернее на то, что можно было увидеть среди бинтов, прозрачных трубочек и кислородной маски. Длинные ресницы лежали на отечных веках. Кокон головы покоился на плоской подушке, простыня покрывала хрупкое тело, рельефно обрисовывая его неровности. Слезы жалости к этой беззащитной фигурке навернулись на глаза Сулейману. «И как же он не сберег ее! Она доверилась ему, верила! А он…» – не в силах сдерживать себя, Сулейман круто развернулся и вышел.
Позвонил Майкл. Они с Иваном будут только к вечеру. Он специально задержался в Риме в ожидании Ивана. Очень хорошо, что состояние Анастасии не вызывает особых опасений. Конечно, они могли не прилетать, но это хорошо – пора им все же всем вместе встретиться.
– Иван будет рад, что с дочерью все в порядке. Он может и заберет ее домой. А то ты, друг, устал от возни с этой девчонкой!
Последняя фраза не понравилась Сулейману. Девочка – умница, она там, у отца пропадет! Да, ладно решать ей! Насильно ее не увезут отсюда! Он решил не уезжать из больницы. Позвонил Кариму, попросил, чтобы ему привезли переодеться, что-нибудь проще, чем костюм: брюки, рубашку, простую, не белую. Может у Ибрагима найдется. Еще попросил, чтобы прислали парикмахера, чистое белье, теплый плед, халат, тапочки. Он собрался оставаться в больнице, пока там находится Анастасия.
За завтраком, в кабинете Дока, с удовольствием осушив рюмочку превосходного «Арманьяка», выбритый и подстриженный, принявший душ, в старых, потертых джинсах и клетчатой рубахе «от Исмаила», Сулейман сияя белозубой улыбкой, говорил Старому Доктору.
– А знаете, Док! Я почему-то уверен, что с моей внучкой будет полнейший порядок! Она у меня такая умница! Я случайно узнал о ее существовании, она не родная, это моего двоюродного брата внучка… Она жила далеко на севере, в России. Вы знаете Док, она выучила арабский менее, чем за год, учитывая, что этот язык не имеет ни одного, заметьте, ни одного латинского или славянского корня!.. Ее абсолютно не интересуют эти всякие женские штучки! Она одержима одним – учиться, больше узнать… А как она готовит свое национальное блюдо – пельмени называется. Выздоровеет – обязательно вас приглашу, попрошу ее для вас приготовить! Вы уж постарайтесь, Док! Если что необходимо… Может быть ее в Каир? Или оттуда спеца какого?
– Ох, Сулейман, Сулейман, ей сейчас нужен только покой. Я сделал все необходимое. Нужно ждать пока она проснется. Действие наркоза прошло, мы ей дали намеренно снотворное, слабое. Ей необходимо восстановить силы, чуть-чуть. К вечеру она должна проснуться. Травма для жизни собственно неопасна. Все сделано правильно, осложнения могут быть со стороны психического состояния. Я опасаюсь амнезии… Да поможет ей Аллах! Не будем гадать. Вам необходимо тоже отдохнуть и мне не мешало бы… Анастасия проспала до полуночи.
– Прибывшие несколькими часами ранее серьезный и взъерошенный, как всегда, Майкл и угрюмый, растерянный Иван, вместе с Доктором и Сулейманом сидели возле высокой койки, на которой спала Анастасия. Сулейман в полголоса рассказывал придуманную версию несчастья. Майкл, видя удрученное состояние Ивана, похлопывал его по плечу, что-то ободрительное шептал на ухо. Анастасию необходимо было разбудить – она спала уже около суток и дальнейшее ее состояние могло ухудшиться, она могла впасть в кому. Док громко окликнул ее раз, второй. Дрогнули припухшие веки, затрепетали и замерли ресницы. Кислородную маску давно убрали. Отекшие лицо было слегка порозовевшим, губы приобрели более-менее естественный цвет. Она робко вздохнула глубже, Док поднес к губам поилку, несколько глотков – вода с лимоном освежила рот. С усилием она раскрыла глаза. Еще неоправившиеся от глубокого сна, они были с красноватыми белками. Бессмысленный взгляд окинул потолок и опустился к склонившимся над ней лицами. Скользнул по ним, остановился на Сулеймане, замер. Осторожно поднялась рука, маленький, тоненький пальчик коснулся подбородка с тревогой смотрящего на нее мужчины.
– Су… Сулла… Прости… – прошептали ее губы.
Сулейман подхватил бессильно падающую руку. А ее взгляд поплыл дальше, всматриваясь в лица. Вдруг остановился где-то позади их, наполнился ужасом. Душераздирающий крик сорвался с ее губ. Анастасия, обрывая трубочки капельниц, вскочила на койку, порываясь бежать, и без сознания завалилась на успевшие подхватить ее руки мужчин.
Через три дня Сулейман прощался с Майклом. Иван улетел накануне. Анастасия, напичканная транквилизаторами, почти все время спала. Перед отъездом состоялся неприятный разговор с Иваном.
– Почему ты сразу не сказал, что она в таком тяжелом состоянии? Скрыл от меня? – Иван явно хотел взять реванш за давнишнее свое унижение, был угрюм и агрессивен.
