Ложи в этой части вип-уровня были изолированными, так что при желании можно было либо сидеть за столиком на внутреннем балкончике с видом на сцену, либо отдыхать на мягких диванах в глубине ниши и наслаждаться трансляцией выступления через широкий настенный экран.
В другое время я бы забеспокоилась, откуда Красавин взял деньги на эти роскошные условия и не влез ли в долги, но сейчас мне это было безразлично. Неискушенная душа требовала праздника, а возбужденный странно острыми ощущениями организм активно ей поддакивал.
В какой момент меня вырубило, я не запомнила. Очнулась от того, что кто-то похлопал меня по щеке со словами:
- Не спи - замерзнешь! - и грубо вздернул на ноги, ухватив за подмышки.
Раздалось несколько громких мужских смешков, а потом издевательский... нет, даже не смех, а гогот. Мерзкий и предвкушающий, как у маньяка с извращенными наклонностями из психологического триллера.
Я испуганно заморгала, не понимая, что происходит.
Вокруг стоял тот же интимный полумрак, наполненный басами живого рока и вспышками сценических прожекторов. Перед глазами всe расплывалось, во рту было сухо, как в пустыне, а голова казалась пустой и звонкой. Я попыталась сглотнуть, но вместо этого глухо закашлялась. Безумно хотелось выпить стакан воды.
- С восьмым тебя марта, Клeнова! - заржал знакомый голос, и я наконец разглядела тех, кого так боялась и в детстве, и сейчас. - От судьбы не убежишь! Скучала по мне?
Передо мной стоял Борька - заматеревший, с тюремными татуировками на руках и неопрятной щетиной на костлявой челюсти. Сергей тоже был с ним, но он не так уж сильно изменился, разве что подрос. Был щуплым мальчишкой и превратился в такого же щуплого мужчинку.
- Сейчас мы тебя поздравлять будем, Клeнова, - осклабился он, мерзко подмигивая. - Так запоздравляем, что месяц ходить враскорячку будешь! Тебе понравится!
...и демонстративно медленно расстегнул молнию на ширинке.
<p>Глава 14. Вспомнить всe-2</p>Холод страха.
Его безжалостные ледяные уколы парализовали меня раньше, чем пришло заторможенное осознание неминуемой угрозы. Я не успела ни понять, как эти мерзавцы пробрались в закрытую вип-ложу, ни задуматься о том, куда подевался Красавин. Да и странно-ненормальное ощущение размытой реальности... точнее, нереальности происходящего... сильно сбивало с толку.
