Прилетел еще один воробей, оказавшийся страшным забиякой. Он начал всех расталкивать и выхватывать лучшие зерна. Это был тот самый воробей, который дрался с ершом. Аленушка его узнала.
– Здравствуй, воробышек!..
– Ах, это ты, Аленушка? Здравствуй!..
Забияка воробей попрыгал на одной ножке, лукаво подмигнул одним глазом и сказал доброму святочному старику:
– А ведь она, Аленушка, хочет быть царицей… Да, я давеча слышал сам, как она это говорила.
– Ты хочешь быть царицей, крошка? – спросил старик.
– Очень хочу, дедушка!
– Отлично. Нет ничего проще: всякая царица – женщина, и всякая женщина – царица… Теперь ступай домой и скажи это всем другим маленьким девочкам.
Божья Коровка была рада убраться поскорее отсюда, пока какой-нибудь озорник воробей не съел. Они полетели домой быстро-быстро… А там уж ждут Аленушку все цветочки. Они все время спорили о том, что такое царица.
Баю-баю-баю…
Один глазок у Аленушки спит, другой – смотрит; одно ушко у Аленушки спит, другое – слушает. Все теперь собрались около Аленушкиной кроватки: и храбрый Заяц, и Медведко, и забияка Петух, и Воробей, и Воронушка – черная головушка, и Ерш Ершович, и маленькая-маленькая Козявочка. Все тут, все у Аленушки.
– Папа, я всех люблю… – шепчет Аленушка. – Я и черных тараканов, папа, люблю…
Закрылся другой глазок, заснуло другое ушко… А около Аленушкиной кроватки зеленеет весело весенняя травка, улыбаются цветочки – много цветочков: голубые, розовые, желтые, синие, красные. Наклонилась над самой кроваткой зеленая березка и шепчет что-то так ласково-ласково. И солнышко светит, и песочек желтеет, и зовет к себе Аленушку синяя морская волна…
– Спи, Аленушка! Набирайся силушки…
Баю-баю-баю…
