— Да и вы побывали в моем доме все, а унесли только одну ручку, — Суворов с вызовом посмотрел в глаза Денису, а тот еще шире улыбнулся:
— Проверка на вшивость, — достав ручку из рукава, он подбросил ее в воздух. Альфа поймал ее на лету и досадливо цокнул языком:
— Какая жалость, растеклась, — он посмотрел на синий рукав рубашки Дениса и не удержал победной улыбки.
— Да ты тоже сухим из воды не вышел, — младший брат Кати показал на руку альфы с пятнами чернил. От протекшей ручки пострадали обе стороны.
Вадим хмуро следил за происходящим, а потом неожиданно сухо сказал:
— Смотрите, а то с Катей получится, как с этой ручкой. Если не поторопиться, то все содержимое выльется, а останется лишь пустой сосуд.
После таких слов всем стало не до смеха. Альфа пожал руки лисам, проводил до двери в знак почтения, а когда они покинули территорию особняка, не говоря ни слова, пошел в сад.
— Ты опять?
— Снова, — зло ответил альфа, не в силах больше держать волка в узде.
— Твою маму! Это был последний пиджак!
КЛАН БРОДЯЧИХ…
— Ты что натворила? — Нина застала меня врасплох на кухне.
— Я? — так и не успев откусить от наспех сделанного бутерброда, удивилась не на шутку. И порадовалась, что не успела откусить ни кусочка, иначе бы точно подавилась.
— Да! Тебя Жук вызывает! А он просто так, поверь мне, лишний раз и шагу не сделает, — Нина обошла вокруг потертого стала и с опаской заглянула мне в глаза: — Ты умудрилась куда-то влезть, пока меня не было?
Нина отлучалась на пару часов, встав еще с рассветом. Куда — так и не призналась, уходя с загадочным видом. А вот теперь встрепанная, расстроенная…Из-за вызова Жука или неудачного начала дня?
Целая вереница версий пронеслась в моей голове, но я так и не нашла ответ. Ничего плохого я не делала, «хорошего» — тоже. Сидела как мышка, лишний раз носа не высовывала. Впрочем, да и меня никто не трогал, все были заняты своими делами.
— А ты не знаешь? — аппетит быстро улетучился, и я отложила свой скромный завтрак.
— Знала бы — не спрашивала! Жук ради похвалы не зовет: только на разбор полетов, да на раздачу подзатыльников. Что случилось? — Нина была уверена, что я попала в беду.
— Все тихо и мирно, вот, — я показала на одинокий бутерброд на одноразовой тарелке, — ела…
— И все? Ничего больше сделать не успела? Может, с кем поссорилась?
— Да не успела я, — нервно засмеялась я в ответ, — Глаза открыла минут двадцать назад!
Нина недоверчиво посмотрела на мой сонный вид, остановила взгляд на мятом следе от жесткой подушки и поджала губы в сомнении.
— Хреново, — Нина перевела взгляд на мой завтрак. — Потом доешь, пойдем. Чем быстрее узнаем, тем меньше седых волос будет на моей голове.
— Да что ты так переживаешь? Я уверена, что все нормально.
— Если бы я тут была без году неделя, то так же считала. А так я слишком знаю Жука, — напряженно выдохнув, тетка набрала воздух еще раз, медленно цедя сквозь губы, успокаивая пульс. — Тебе бы тоже не помешало, а то у тебя сердце стучит, словно бригада рабочих на стройке.
Я мысленно согласилась с ней, что с оборотнями всегда надо следить за своим состоянием. Тело не должно тебя выдавать, тем более — мне бояться нечего.
Самоубеждение помогло, и через несколько секунд я была готова войти в кабинет главы Бродячих. Нина отбила ритм кулаком, постучавшись.
— Входи! — донесся до нас голос Жука.
Он сидел прямо на полу, собирая по отдельным фрагментам схему, скорее напоминающую чертеж. Присмотревшись, я поняла, что это была своего рода карта с морем пометок. Вот только что она изображала- город или что-то еще — я разобрать не смогла.
Нина присела прямо на потертый ковер, и я, немного помедлив, села рядом. Странное начало, но что я знаю про этот клан? Да толком пока и ничего, по сравнению с теткой. Оставалось только следовать ее примеру и не наделать глупостей. Потому как их Бродячие не прощают.
Жук обвел карандашом знак на карте, сделал пометку рядом, и только потом разогнулся, весело посмотрев на нас. От сердца немного отлегло — убивать нас никто и ни за что не собирался. Но в чем причина такого расположения духа главы?
— И когда ты успела, а? — закусив кончик карандаша, он задорно посмотрел на меня.
— Простите… — я не знала, что сказать. Вроде, и переспрашивать неудобно, но я действительно не знала в чем дело.
— Прощаю! — великодушно махнул рукой Жук. Он оперся на руку, сменил позу на более удобную, а потом меня огорошил: — Когда альфу-то успела окрутить?
— Что?! — и я, и Нина были потрясены. Откуда он знает?
— Да поздно теперь отмахиваться, — хохотнул он. — Знаю я все!
— Я и не скрывала…
— Не скрывала, эт да! Нет претензий, — он странно пожал одним плечом, лишь больше вводя меня в недоумение. — Но и он не скрывает!
— Я Вас не понимаю, — я слегка встряхнула головой, надеясь, что это поможет собраться.
