Кстати, со своими коллегами по прежней работе я до сих пор общаюсь.
Лелька вон постоянно к нам мотается. У нее тут роман завязался с нашим Генкой. Может, и поженятся, если Геннадий ее уломает. А конкурс тот, к которому я когда-то готовила своих ребят, они таки выиграли. Прославились на всю область. Не подвели. С Региной Петровной тоже изредка вижусь, когда бываю в родном городе. Она жалуется мне на свою новую невестку и расхваливает внучку. Да, Федор женился, не знаю, счастлив ли или нет, но его дочке уже пять лет, и она похожа на отца и внешностью, и характером.
Мысли легко перескакивают с одного события на другое, воскрешая в моей памяти одновременно близкое и далекое прошлое.
Что сказать? Жизнь среди оборотней оказалась совсем не такой, какой она представлялась моему богатому воображению и наследственной паранойе.
Люди-волки такие же, как и мы. Так же живут, любят и ненавидят, женятся и рожают детей, старятся и умирают. Правда, живут намного дольше обычных людей.
Между прочим, если верить Русу, меня тоже ждет долгая жизнь. Пока я с ним, преклонный возраст мне не страшен. Не знаю подробностей, но, похоже, бабушкина наследственность и тут постаралась.
А во всем остальном… Оборотни настолько привыкли скрывать свою суть, что, иногда, я совершенно забываю об их звериной ипостаси.
И лишь дважды в год – весной и осенью, во время Большого Гона, когда они выпускают свою сущность на свободу, – я каждый раз с волнением наблюдаю за великолепными животными, и понимаю, что скрывается внутри моих, таких обычных на вид друзей и соседей.
Незабываемое зрелище.
Волки. Сильные и прекрасные. Как в том моем давнем сне. И песни у них такие же. Я понимаю, о чем они поют. И любуюсь самым крупным и красивым из них. Моим альфой.
Катя завозилась, устраиваясь удобнее.
Я невольно улыбнулась.
Моя девочка. Маленькая, но очень храбрая. Обернувшаяся всего через несколько дней после рождения.
До сих пор помню свой восторг и одновременную растерянность, при виде крошечного серого комочка, копошащегося рядом со спокойно спящей Ксюшей.
Словно почувствовав мои мысли, Катюшка поднырнула мне под руку и потерлась об нее щекой.
Ксюха, заметив маневр сестры, ткнулась в бок с другой стороны и притихла. Двойняшки. Такие похожие внешне и такие разные по характеру.
Ксения, в отличие от сестры, более рассудительная и спокойная. Надежный тыл и твердая опора для взбалмошной Кати. Уверенная, основательная, неторопливая. Она даже перекидываться научилась только в три года. Зато, сделала это осознанно. С достоинством, как сказал Рус.
Ну, ему, конечно, виднее. Он же у наших детей главный «тренер» по обороту.
Но я отвлеклась.
Волки – они удивительные. И очень разные.
Таких кланов, как наш, много. Правда, есть и другие. Те, которые придерживаются старых традиций и живут в глуши, прячась от людей и не признавая благ цивилизации. Их мало. Они называют себя традиционалистами и не общаются с нами, «модернистами».
Ну да и ладно. Главное, что в сообществе оборотней сейчас царит мир. И я очень надеюсь, что ничего не изменится, и наши с Русом дети никогда не узнают ужасов межклановых войн.
– Мам, ты спишь? – тихий шепот Ксюшки проникает в мои сумбурные воспоминания.
– Нет, Ксень, не сплю.
– А о чем ты думаешь? – не отстает дочь.
– Да так. Вспоминаю, как папа впервые привез меня в клан.
– Мамочка, ласкажи, – умильно заглядывая мне в глаза, просит Катя. В отличие от сестры, она никак не может справиться с коварной буквой р. Правда, малышку это не особо расстраивает. Похоже, она унаследовала не только прабабушкины гены, но и мой здоровый пофигизм.
– Да вы же уже сто раз эту историю слышали! – отбиваюсь я от настойчивой детворы.
– Все равно! – не отстают двойняшки. – Мы еще хотим.
– Мам, правда, расскажи, – присоединяется к сестрам и Санька.
И я рассказываю.
И про свой интерес к загадочным оборотням. И про то, как впервые увидела нашу стаю. И про дочку Анатолия, Риточку, которая взяла надо мной «шефство», и в первый же вечер провела по всему поселку, показывая, рассказывая и отвечая на все мои вопросы. Она тогда слегка хромала после операции и долгого лечения, но упорно не замечала усталости и тащила меня за собой, знакомя с устройством волчьего общества.
И про Гену, который стал моим личным телохранителем и помощником во всех делах. И про Леху, который едва не подрался с Генкой за право охранять жену босса.
Кстати, женой Руслана я стала уже на следующий день после того, как мы приехали в клан. Мой оборотень не стал тянуть. Мне, вообще, казалось, что он ужасно торопился закрепить все права на меня, пока я не передумала.
До сих пор помню его довольное лицо, когда регистратор произнесла традиционное: – «Объявляю вас мужем и женой». Да-да, Рус устроил настоящую свадьбу, заставив работников ЗАГСа расписать нас прямо на лужайке перед старой усадьбой.
Правда, детям я об этом не рассказываю. Это отдельная история. Пусть немного подрастут, рано им еще все подробности знать.
