Последовав совету, я со всей доступной мне силы сжал руку в кулак. Ядро поддалось и треснуло. От кулака вверх поплыл синеватый дымок, но после стал втягиваться в руку. Я почувствовал, как впитавшись в ладонь, эта субстанция стала передвигаться вверх по руке, светясь внутри вен. Потом, достигнув плеча, нырнула к сердцу, и я почувствовал тепло расходящиеся от сердца по всему телу. Простояв некоторое время, наслаждаясь этим новым для меня ощущением, я почувствовал, как зачесалась раненная рука.
— Точно. Забыл сказать. В ядрах хранится мана в чистом виде. Она преобразуется в стихийную только во время использования заклинания. Так вот. Чистая мана имеет эффект заживления. Не сильный конечно же, но для затягивания твоих ран должно хватить.
— А если применить несколько ядер подряд, сильная рана затянется?
— Думаю да. Кстати, у тебя пробился росток второго оттиска. И Судя по его размеру, тебе как минимум понадобиться раздавить ещё около 20 ядер.
— Пиздец. А другие разумные как? Ведь как я понял, это слабый монстр? И мне просто повезло его прикончить.
— Нууу… вариантов много. Можно купить у гильдии убийц монстров или на черном рынке. А можно из-под тешка резать разумных гы-гы.
— Очень смешно.
Сняв тряпку с руки, я увидел, что раны от зубов чудовища уже затянулись.
— Удобно блин. — пробурчал я себе под нос.
— Угу — подтвердил Войд.
— Вот и ладненько. Давай закончим с вещами нашей мадам и будем думать, что делать дальше.
Подойдя к куче вещей, которые я высыпал из торбы, мне в глаза бросилось что-то блестящее. Протянув руку, я выудил из кучи медальон. Осмотрев его, понял, что его можно было открыть. Отщелкнув замочек, я распахнул половинки медальона.
— Поздравляю. Теперь мы точно знаем, что это твоя мамашка. — весёлым голосом сказал Войд.
Почему он так сказал? Потому что в медальоне были вложены фотографии. В левой половинке был портрет моей уже мертвой матери, а в правой, мой. По контуру, как перевёл Войд, было написано «Любимому сыночку от мамы».
— Хоть мне и насрать, но надо её похоронить.
— Ты забыл, что уже не в своём мире. Здесь нет обрядов упокоения через закапывание, потому что труп может и подняться из могилки. Так что просто сожги её.
— Сделаем это перед уходом. На каком мы сейчас этаже?
Положив медальон в карман штанов, я сел на корточки и продолжил копаться в вещах.
— Пока я к тебе торопился вроде пролетел пять.
В куче, кроме какого-то тряпья, я обнаружил кожаный мешочек, в котором что-то звякнуло. Открыв его, высыпал себе на ладонь несколько металлических прямоугольных пластинок.
— Это местные деньги. — сообщил мне Войд.
Отсортировав пластинки по цвету, я посчитал их. Получалось три золотистых и восемнадцать серебристых.
— Это золото и серебро? — спросил я у войда?
— Да. Эти металлы и на этой планете ценятся. Но самый дорогой — это магопроводимый металл. Из него сделан твой кинжал.
Покрутив кинжал в руках, я отметил, что он крайне искусно сделан. Лезвие было покрыто красивыми завитушками. Эфес обмотан приятной на ощупь кожей. Гарда на концах была скруглена и полумесяцы были направлены вдоль лезвия вверх.
Перетряхнув тряпки, я больше ничего не нашёл. Подобрав местную зажигалку, я обмотал её тряпкой чтоб случайно не соприкоснулись камни, и положил в карман штанов. Взяв торбу, я покидал в неё тряпки, остатки еды и кошель. Осмотрелся. Убедился, что ничего не забыл, затянул торбу и бросил её возле девушки. Вложил кинжал в ножны, пристегнул к поясу и пошел искать что-нибудь горючее. Пока шел и осматривал пещеру, решил пообщаться с Войдом.
— Как мне научиться пользоваться твоим ядром? Да и своим тоже.
— А я откуда знаю, — ответил Войд. — я что тебе маг или теразин? Всё, что могу подсказать — пытайся медитировать. Почувствуй ядра и направляй ману в каналы. Так тренируются разумные. Не забывай, ты не в своём теле. Всё может быть по-другому. Просто пробуй.
— Щас разберёмся с телом мамаши, найдём тихий уголок и буду пробовать. А ты оттиски пустоты сам применять не можешь? Или вливать ману в кинжал, как это у меня случайно получилось.
— Нет. Из-за того, что я, по сути, внутри симбионта, мои возможности почти нулевые. Зато, если тебе надо будет сделать покер фэйс или поднять писюн, я помогу.
— Ну да. Мне в подземелье только писюн поднимать. Да и вообще, сколько этому телу лет?
— Не меньше двенадцати.
— Почему ты так решил? — поинтересовался я.
— Первый оттиск проявляется у всех магов в двенадцать лет. Каналы и ядро с рождения, если тебе повезло. У тебя кстати было четыре канала и пятый прорастил я. Будешь крутышом, если выживешь.
Собрав полусгнившие ветки, я вернулся к девушке и скинул их возле неё. Сделал ещё несколько ходок и собрал приличное количество дерева. Плотно обложив девушку, я накинул на плечи торбу и достал местную зажигалку.
— Ну прощай красотка. Может ты была хорошем альвом и прекрасной матерью, но я тебя не знал.
