Вы когда-нибудь, видели, как стадо антилоп, несётся по саванне в предрассветный час, на встречу солнцу? Нет? Тогда посмотрите на нас. Солнце на Алгариле ещё не встало, а мы уже дружно наматываем шестой круг. В нашем топочущем стаде четыре лани, и семнадцать олений, а возглавляет наш забег Илнар, по совместительству вожак нашего стада. Самый маленький оленёнок, он же Фил, пыхтит, но бежит на равнее со всеми.
Вы спросите, почему Илнар решил побега вместе с нами? А я вам отвечу. Хилара, из нового набора, вчера вечером у него спросила. «А Фил это ваш сын, да? Такой хороший мальчик».
Пол ночи Илнар не мог заснуть, ворочался и вздыхал, пока мне это не надоело.
— Ну что ты не спишь? Выкладывай, я же вижу, что что-то тебя беспокоит.
— Я что так хреново выгляжу? Это же надо такое ляпнуть, что Фил, мой сын, а?
— Ну сказал бы что нет, и всё.
— Да при чём тут это, чисто теоретически, я бы наверное мог иметь сына его возроста, если предположить, что отцом я стал в тринадцать лет. Но ведь она не вела сложных математических подсчётов, а сказала как думает. Выходит, что я выгляжу, по крайней мере лет на десять старше чем есть.
— Илнар, по моему, ты перетрудился. Или тебе важно, что думает о тебе эта девочка?
— Нет.
— А по моему, да. Может ты решил поменять нас местами?
— Не говори глупостей Гея.
— Тогда тебе должно быть важно, только то, как ты выглядишь в моих глазах. А мне нравится то, что я вижу.
— Ты меня жалеешь, просто не хочешь меня расстраивать.
— Слушай, ну по логике вещей, если ты ему папа, то я мама, у нас даже масть одна. — Я подёргала себя за волосы.
— Да? И во сколько же ты его родила? В семь лет?
— Нет, я просто хорошо сохранилась.
— А я видимо плохо, того и гляди разваливаться начну. Всё, решено, с завтрашнего дня, начинаю приводить себя в форму.
— Да ты из неё и не выходил. — Но Илнар, приняв судьбоносное решение, сразу заснул, и моих слов уже не слышал.
Мне не оставалось ни чего другого, как поддержать его в трудную минуту. Только вот большинство олений уже задыхается, а вожаку всё пофиг, бежит с грузом так, как буд-то вышел на прогулку налегке.
Наконец бег завершился и Илнар радостно объявил.
— Ну а теперь приступим к силовым упражнениям. А чего вы такие кислые? Дышите ровнее, день только начался.
Обрадовал так обрадовал, если это начало дня, то что же будет потом? Новенькие застонали и поплелись к турникам. Хилара подползла ко мне.
— Что это с ним?
— Да вот, пол ночи не спал, всё совесть мучила. Говорит «Бедненькая ты моя, сына мне в семь лет родила, да и я хорош, в тринадцать лет в отцы заделался». У Хилары глаза на лоб полезли. — Так что говорит, пришла пора за воспитание отпрыска самому взяться, а то всё ты да ты. Фил, слышавший мои откровения покрутил пальцем у виска.
— Сестрёнка, ты давно к Доку не заходила? Ты зайди, у него есть классные тесты.
— Уж мне ли не знать, я все его тесты наизусть выучила в первые четыре месяца.
— Ой, — Выдала Хилара. — А я ему вчера…
— А теперь он вам мстит. И мстить он будет до тех пор, пока не сочтёт, что восстановил форму.
— А быстро он её восстановит? — Обречённо спросила Хилара.
— Ну не знаю, форма, это такая вещь, она быстро не восстанавливается.
Девушка обречённо застонала и пошла к турникам, где Илнар своим примером вдохновлял новобранцев.
В тренировочном зале, глава дома лично показывал как нужно уворачиваться от мячей с песком, а потом, как их ловить, и даже кидать обратно. Короче мы с ним опять подрались мячами. А сказано было так. «А вот так делает Гея». И запустил в меня пойманным мячом красного цвета.
После второй пробежки Илнар всех отпустил в свободное плавание и потопал в комнату. Я вошла следом и увидела следующую картину. Наёмник скривился и потирает поясницу.
— Кажется и в правду старею.
— Просто нельзя так много заниматься! Завтра ребята и не встанут. Пошли в душ.
Теперь уже я растирала ему забитые мышцы, вот и вернулось ему то, что он делал для меня. Потом уложила его на живот и взяла массажное масло.
— Ты не старый, глупости придумывать не надо. А судя по тому, как ты себя ведёшь, так вообще пацан. — Мои ладони скользили от его поясницы, к плечам, с плеч на руки к самым кистям, и обратно. — Ты вспомни себя в их возрасте, наверняка тебе тоже казалось, что двадцать семь это ого-го как много. Не выдумывай, у тебя великолепное тело, привлекательная внешность, ты сильный и красивый, Илнаррррр.
Илнар вывернулся так, что оказался ко мне лицом.
— Гея, а ты могла бы стать моей женой?
Вопрос интересный, и немного неожиданный.
— А надо?
— Это не ответ, Гея.
— Ну, я не загадывала. Меня и так всё устраивает.
— А меня нет. Мне двадцать семь, а у меня нет даже наследника.
— Подожди, так ты, поэтому так завёлся?
— Ну да. Я ведь могу с очередного задания не вернуться, и что тогда от меня останется? Кому тогда Алгарил достанется?
— По поводу наследников, обратись через лет пять- семь, а я пока подумаю.
— Это очень большой срок, и нет гарантий, что через пять лет я всё ещё буду жив.
— Блин, Илнар, на Земле, заводили первого ребёнка после тридцати!
