Мир спасет вовсе не красота, а любовь. Искренняя, неистовая, сметающая на своем пути барьеры из любых условностей, очищающая души и сердца и даже способная возродить умирающий мир. В этом убедилась Элайна – вольная наёмница из Альянса, которую очередное задание забросило на странную планету, покрытую слоем льда и снега. Пока ещё живую, но это ненадолго, если наёмница не сможет пройти все испытания.Элайна сумела пройти мёртвый лес, обрести двух защитников, наделённых силой, и получить доступ к сознанию планеты. Она узнала, что огонь, помноженный на любовь и разделённый на двоих, может спасти от медленной и мучительной смерти планету Льда и её обитателей. Осталось лишь выяснить, как воплотить в жизнь древнее пророчество, не потеряв при этом себя и того, кого выбрало сердце наёмницы. (обложка создана нейросетью и доработана автором)
В отсеке криосна мерно шумела вентиляция. Приглушённый белый свет несколько раз мигнул, стал ярче и перешёл в тёплую цветовую гамму. До выхода на орбиту планеты FXT13751 галактики UGi-785392 оставалось тридцать стандартных минут. До выхода из криосна экипажа малого межгалактического крейсера «Тильда» оставалось меньше одной стандартной минуты.
До начала операции под кодовым названием «Планета Льда 7» оставалось трое стандартных суток.
***
Самое ужасное, что случалось со мной за двадцать пять лет жизни, – это выход из криосна. Никакие змеи-переростки с Алькадиона, на моих глазах сожравшие половину разведгруппы, никакие племена дикарей с Эрлы, пытавшиеся заживо зажарить и сожрать несколько наёмников, включая меня, никакие отравленные цветы Геркоса, рождающие в сознании такие картинки, что можно запросто оторвать голову, ни даже вампиры Северного клана Идиры не сравнятся с мерзким ощущением жижи в лёгких и носоглотке.
Без сожалений отдав криогель санитарному пакету, я наконец-то смогла выпрямиться и открыть глаза. За что полюбила этот корабль с первого взгляда – это за звуко- и светонепроницаемые перегородки между криокапсулами. А то слушала бы: “Элайна, ты что, уже успела набраться?”, “Девочка в интересном положении, да?”, “Эли – позор наёмников, могла бы блевать потише” и всё в таком духе.
Я привыкла, что каждый встречный наёмник пытается доказать, что женщине не место среди ему подобных. Доказывать обратное иногда приходилось по несколько раз в день. Но я знала, на что иду, и ни разу не пожалела об однажды принятом решении. Только вот работать предпочитаю со знакомыми наёмниками. Они хотя бы не пытаются зажать в тёмном углу. На этом крейсере я знала почти всех, за исключением пилота, его помощника и навигатора.
На сборы ушло полторы стандартных минуты: тщательно вытереть лицо, закрутить волосы в тугой узел, прополоскать рот и запрыгнуть в комбинезон. Тем не менее, в каюту для переговоров я пришла одной из последних. Но девушкам же позволительно опаздывать, да?
Джер – руководитель операции “Планета Льда 7” и по совместительству мой старый друг – хмурым взглядом из-под густых чёрных бровей обвёл дюжину наёмников.
– Значит так, братцы и сёстры, – кривая усмешка в мою сторону, – сейчас каждый из вас получит конверт. В нём общий план операции и подробные инструкции для каждого. У вас полтора часа на изучение и тридцать минут на обед. Потом собираемся здесь для уточнения деталей. Вопросы есть?
– Да, командир, – я изящно подняла руку.
– Элайна, – то ли выплюнул, то ли прошипел Джер, – чего тебе?
– Что случилось с тремя командами, которые побывали на планете до нас? – невинно похлопала густыми ресницами.
По каюте пробежал ропот, кто-то вскочил со своих мест.
– Тихо! – рявкнул Джер, и наступила оглушительная звенящая тишина. – Я узнал об этом уже на входе в тоннель, иначе отменил бы операцию, – он как-то резко осунулся, и я вспомнила, что друг почти в два раза старше меня. – Никто не вернулся. Ни одного сигнала бедствия не поступило. Связь с предыдущими кораблями была потеряна меньше чем через час после их приземления на планету. Подробности в конвертах. А сейчас разойтись и изучить задание, – тоном, не принимающим возражения, отрезал командир.
Я выходила последней. Вопросительно взглянула на Джера, но он мотнул головой, чтобы проваливала вместе с остальными. Добралась до отведённой мне каюты, рухнула на жёсткую койку и вскрыла конверт. Ну, что тут у нас?
Изучив отчёты, скудные данные о предыдущих операциях, трёхмерные проекции планеты, снимки со спутников и сведения об объекте примерно столетней давности, я поняла, что почти ничего не поняла. Но догадалась, что на планете есть что-то ценное, раз посылают уже четвёртую команду и каждый раз вознаграждение увеличивают вдвое. Неужели там есть альгиум?
А вот и последний отчёт. На планету Льда выгрузили дронов и оборудование для научной станции георазведки. Ни гуманоиды, ни представители других рас не спускались на поверхность. Только контролировали сборку станции с орбиты. Все работы проделали дроны.
Станция проработала ровно стандартные сутки, потом всё оборудование вышло из строя. Корабль с орбиты планеты бесследно исчез. Интересненько…
Из архивных записей Ордена, вырастившего и воспитавшего меня как наёмника, я знала, что связь с планетой оборвалась чуть больше пяти сотен стандартных лет назад. Если читать между строк, становилось понятно, что FXT13751 процветала. Значит, добывали что-то ценное и редкое… Ну, заставьте меня прилюдно раздеться, если это не альгиум. Кристаллы, которые позволяют останавливать время. Учёные до сих пор бьются над этой загадкой. Но безуспешно. Альгиум обнаружили только на трёх планетах из почти четырёх сотен изученных. Только вот незадача – эти планеты давно мертвы и неизвестно, были ли когда-то обитаемы. А на FXT13751 есть жизнь или была. Но что тогда, тёмная материя меня забери, могло позволить крохотной планете иметь огромный флот и четыре колонии? Загадка. А загадки я люблю.
