На огромном экране у Рейхстага на тёмно-сером фоне, показывали выпуск новостей. Изображение было таким тусклым и безжизненным, что уже предвещало что-то нехорошее.
— Массовые акции оппозиции охватили всю страну. Вчера недалеко от Берлина правительственный склад подвергся нападению и на несколько часов был захвачен оппозиционерами. Когда к месту происшествия прибыло подкрепление, членов «Свободы» там уже не было, как и большей части содержимого склада…
На соседнем экране поодаль вещал другой канал.
— Сегодня в десять часов утра на крупнейшем заводе страны инженеры, обслуживающие андроиды на производстве, устроили забастовку. В результате этого машины, управляемые специальной программой, также поддержали бунт, вызвав сильные волнения в городе, — сдержанно произнесла женщина.
Рекламу больше не показывали на экранах. Людям сейчас было не до этого. Они с тревогой читали новости, сидя дома, в квартирах. На улицу выходили либо смельчаки, либо бунтовщики, которые разрушали всё на своём пути, либо патрули Золотого Анубиса, которые теперь всё чаще вступали в вооружённые столкновения с народом.
Звук взрыва привлёк внимание к соседнему экрану.
— В Москве прошёл масштабный митинг против власти Эннеады, который быстро перерос в вооружённое восстание… — вещали новости.
— … Во время столкновений в Осло пострадали 143 человека… — едва слышался голос другого ведущего.
— … В Египте сейчас неспокойно, — продолжил другой журналист.
— … Власть в стране держится на волоске, но почему-то Эннеада не действует, а закрывает на всё это глаза… — вещал репортёр. Внезапно в экран прилетел камень, разбив его вдребезги. Звук оборвался, и тут же раздался смех непокорных людей.
На соседнем мониторе появилась яркая картинка. Это был не профессиональный видеорепортаж, а обычный ролик, снятый на недорогую камеру.
