И все это просто происходит, понимаешь? Вот так просто, по щелчку пальцев. А мы, смотрим на это, и вроде как должны чувствовать что-то. Но что тут чувствовать? Тошноту от бессмысленности? Отвращение к самим себе, что позволяем этому продолжаться? Не знаю. Но это точно не геройство. И это точно не про славу. Просто еще один кусок дерьма в этом проклятом, виртуальном, и таком похожем на настоящий мире.
Но вдруг этот мир дрогнул, как будто кто-то пнул сервер. И из храма, как из ада, полезли эти… нежить. Не какие-то там стильные зомби из голливудских фильмов. Нет, это полный трэш. Гнилые трупы, с отваливающимися конечностями, с глазами, полными ненависти и какой-то тупой, животной злобы. И запах, был просто ужасный, словно это было не в игре.
И вот наш чистенький герой Алекс, понял, что он, мать его, сильно просчитался. Он вскочил на своего грифона, того самого, белого и блестящего, и попытался свалить оттуда. Как будто ничего не было.
Но эти мертвецы, облепили грифона, сдирали с него перья, вгрызались в его плоть, в эту виртуальную плоть, которая, наверное, ничем не пахнет, но от вида всего этого всё равно тошнит.
Грифон, этот беленький конь, на котором Алекс разъезжал рухнул, как подстреленная птица. Рассыпался на пиксели, и, наш герой, просто исчез. Пропал под сотнями тёмных чудовищ. Как будто его и не было.
А город… город накрыл серый туман. Словно кто-то выключил освещение на сцене, и всё стало серым, тусклым, мертвым. Вечные сумерки. Или это был просто сбой сервера. Не знаю.
Но самое странное не это. Странное началось потом, в реальности.
Они оба погибли, спустя совсем немного времени как и говорил тот самый Гримнир. Я видел потом статьи об этом в интернете. Тот что отыгрывал императора погиб в авиакатастрофе. А тело другого вообще не нашли после падения его машины с моста.
А компания «Dream» это никак не комментирует. Даже пользуется ореолом таинственности для продвижения игры. Але, два человека пропало! Вам всё равно?
И я после этого знаете, в эти игры больше не играю.
Две женщины, похожие друг на друга как две капли воды, уже пару часов сидели на кухне, пили красное вино из высоких бокалов, обсуждая все на свете, от мужчин до детей, от быта до несбывшихся мечтаний, без запретных тем, словно это был последний вечер, когда они могли говорить обо всем на свете, не боясь последствий.
— А твой Артем тоже учится в школе Святого Андрея? — спросила блондинка, и ее голос стал тише, словно она хотела поделиться секретом, который не должен покидать пределов этой кухни.
— Да, — ответила собеседница её глаза сверкнули любопытством, как у кошки, заметившей, что её хозяин открыл пакет с кормом.
— Пусть пока присмотрит за моим, мне кажется, его в школе кто-то обижает, — сказала блондинка.
— Хорошо, я скажу, — темноволосая заинтересовалась, будто только что узнала, что в её любимом магазине распродажа, но следующий её вопрос прозвучал настороженно: — А что случилось?
— Макс несколько раз приходил домой с синяками и ссадинами, — сказала блондинка и ее голос стал еще тише, словно она боялась, что кто-то из соседей подслушает и решит, что у них тут настоящий триллер. — Он все больше замыкается в себе. Я чувствую, что что-то не так, но не могу понять, что именно.
— Может, просто перевести его в другую школу? — предложила гостья, но сказано это было так, словно она сама не верила этим словам.
— Не знаю, — вздохнула блондинка, — Мне самой все надоело. Может, нам нужно переехать куда-нибудь южнее, где климат мягче и люди добрее… — она закусила губу, словно это могло остановить поток ее мыслей.
Темноволосая женщина поставила бокал на стол. Ее взгляд был устремлен вдаль и сосредоточен на чем-то неосязаемом, возможно, на воспоминаниях о прошлом, когда она сама мечтала все бросить и сбежать.
— Ты уже говорила с ним о переезде? — спросила она.
Все еще красивая, но уже полнеющая женщина сорока лет в розовом платье встала из-за стола и, отодвинув занавеску, украдкой взглянула на улицу, где на пороге дома сидел ее сын.
— Нет, не говорила, — ответила хозяйка дома, голос ее стал еще тише, в нем послышалась нотка тревоги. — Я думаю, смена обстановки пойдет нам обоим на пользу. Знаешь, с тех пор, как пропал его отец, все ведь пошло не так.
— Татьяна, не начинай, — категорично заявила старшая из сестер. Ее голос стал строгим, точно она зачитывала приговор. — Его отец был сумасшедшим. Все получилось к лучшему. Он всех бы нас погубил, а «Dream» утонула бы в судебных исках.
— Знаю, — произнесла блондинка, и взгляд ее стал печальным, словно она потеряла что-то важное, — Но все равно это так… грустно…ведь «Dream» — это было его детище, его мечта и он так и не раскрыл весь потенциал своего мира. Не рассказал до конца его историю людям.
— Лучше рабочий проект, приносящий прибыль, чем пустые фантазии, — отрезала темноволосая, в ее голосе звучала явная неприязнь.
— Да, наверное, ты права, — прошептала блондинка, опустив плечи. Она прикусила губу и отвела взгляд.
Она открыла окно и повысила голос: