- Я буду учиться и работать. Пойду на вечерний. Туда, наверное, легче поступить, чем на дневной?
Мама отмахнулась:
- Даже не думай! А то и на вечерний не пройдешь!
- Правильно! - поддержал ее отец. - Нужно всей массой давить! Даже если кажется, что все просто!
- Когда я туда поступала, - задумчиво сказала мама, - сдавала устный русский язык, историю, английский и еще писала сочинение. Если все осталось по-прежнему, то будем искать репетитора-историка и словесника. Английский ты сдашь, в этом я уверена.
Я съездила в институт и навела там справки. Мамина информация о вступительных экзаменах подтвердилась. Кроме того, я узнала, что на решение экзаменационной комиссии большое влияние оказывает аттестационный бал абитуриента. То есть среднее арифметическое годовых оценок, что проставлены в аттестате зрелости по всем учебным дисциплинам. Чем оно выше, тем лучше. Значит, за год мне следовало по всем школьным предметам выйти если не в отличницы, то в крепкие хорошистки.
Ну, что делать? Взялся за гуж - не говори, что не дюж!
Я решила стать как минимум хорошисткой.
Сказано - сделано! Я спокойно и серьезно принялась улучшать успеваемость в школе. Дома выполняла все домашние задания - не жалея времени и сил. Порой сидела над ними до позднего вечера. В классе внимательно слушала учителей. Перед каждым уроком пролистывала учебник: освежала в памяти выученное дома. Одноклассники сначала поглядывали на меня с удивлением, потом привыкли. Успокоиться не мог только Мишка Ефремов. У него не укладывалось в голове: как могла его компанейская и лихая 'классная подруга' превратиться в скучную буквоедку?!
- Что с тобой стряслось, Платонова? - подходил он ко мне на переменах. На них я обычно не убегала из класса, как все остальные, а оставалась сидеть за партой: готовилась к предстоящему занятию. - С тобой теперь парой слов перекинуться нельзя! Все книжки читаешь! - Я не отвечала, уткнувшись в учебник. - Алё! - стучал он по моей парте кулаком. - Ты где? Куда идешь по жизни, а?
Я не обращала на него внимания.
- 'Русь, куда ж несешься ты? - философски цитировал Мишка Гоголя. - Дай ответ. Не дает ответа'. - И неожиданно предлагал: - Пойдем сегодня в 'Метелицу', потанцуем!
Я отрывала глаза от учебника и строго говорила:
- Отстань, Ефремов! Танцевать ему... А у самого двойка по алгебре! Ты в десятом классе учишься. Как аттестат получать будешь?
- Тьфу на тебя! - в сердцах выдавал он и отходил, осуждающе бормоча: - Вот так хорошие люди и пропадают!..
Результаты моих усилий не заставили себя ждать. В прошлые годы учебы мой дневник наводняли тройки. Теперь же на его страницах красовались исключительно четверки и пятерки. Отличницей я чаще всего выступала на уроках английского языка. Но через три-четыре месяца после начала учебного года вышла в первые ученицы класса еще по трем предметам. После моего разговора с родителями о поступлении в институт мама быстро нашла репетиторов. И уже в середине сентября я под патронажем опытных преподавателей стала усиленно изучать историю, литературу и русский язык. Ну и, само собой, применяла полученные знания в школе! Постепенно неуверенные одноногие четверки, что я обычно получала по всем 'репетиторским' предметам, уступили место пузатым самодовольным пятеркам.
Я вела строгий образ жизни зубрилы-затворницы. Утром и днем - сосредоточенная учеба в школе, после обеда - приготовление домашних заданий. Три раза в неделю я ездила на занятия с репетиторами. Вечерами писала письма к Отари. Перед сном читала учебники английской грамматики: самостоятельно готовилась к сдаче вступительного экзамена в институт.
Размеренное, ровное, терпеливое движение вперед...
Я не переставала себе удивляться. У меня получалось теперь настойчиво и успешно делать то, от чего я шарахалась с первого класса! Более того - мне это понравилось!
Такого поворота дел я никак не ожидала. Учеба всегда была для меня тягостным бременем. Решение повысить успеваемость, получить хороший аттестат и поступить в институт, вообще говоря, противоречило моей натуре. Поэтому выполнение поставленных задач представлялось мучительным. Но я должна была выстроить то, что задумала! В моей любви, в моей новой жизни не было другого пути! Я мужественно готовилась отдать все силы на достижение цели. Но вполне допускала, что однажды свалюсь без сил на обочине дороги, по которой рискнула пойти.
Я плохо себя знала. Непреклонное намерение добиться желаемого неожиданно поставило меня лицом лицу с собственным alter ego, моим вторым 'Я'. Это была совершенно неизвестная мне Оля Платонова - настолько неизвестная, что я только диву давалась! Хотя...
