На экране крупным планом показали гонщиков, преодолевающих крутой подъем горного перевала. Камера выхватывала лица болельщиков, собравшихся вдоль трассы, некоторые из них держали плакаты, кто-то размахивал флагами. Люк наклонился к экрану, его лицо сделалось сосредоточенным.
– Ты ведь занимаешься этим сейчас, не так ли?
– Занимаюсь чем? – Он не отводил взгляда от экрана.
– Ищешь людей, которых видел на других гонках.
– Я ищу тех, кого видел раньше, и тех, кто ведет себя подозрительно. Другие члены нашей команды сейчас там. И тоже ищут наших подозреваемых.
– И что произойдет, если они кого-нибудь заметят?
– Этого человека – пока среди подозреваемых одни мужчины – задержат и допросят.
– А что, если человек откажется отвечать на вопросы?
– Почти все соглашаются. Мы производим впечатление людей, которые не принимают отказов.
Трансляция была прервана рекламой, и Люк обернулся к ней, его лицо сделалось серьезным.
– У меня нет привычки – использовать свое служебное положение для знакомства с женщинами, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты это знала.
– Тогда почему же ты следил за мной в тот день?
– С одной стороны, потому, что ты мне понравилась, и я хотел больше о тебе узнать.
– А с другой стороны?
– У меня было предчувствие. Что-то вроде интуиции или подозрения. В нашей работе нельзя отмахиваться от подозрений.
– Ты уверен, что не пытаешься оправдать свои действия? Я не возмущаюсь.
– Возможно. Но, встретив тебя, я вышел на твоего брата и по-прежнему думаю, что он может быть важным звеном в этом деле.
– Люк, нет! Я понимаю, что у Скотта есть проблемы, и ты наверняка думаешь, что если он одинок, то подвержен влиянию. Но Скотт не так наивен. Он не стал бы сотрудничать с террористами и вредить невинным людям. – Морган осеклась и отвернулась, не желая, чтобы он увидел слезы, навернувшиеся на глаза.
– Эй! – Он пересел из кресла на кровать и притянул ее к себе. – Я не говорю, что Скотт террорист, – сказал он. – Но считаю, что он знает больше, чем способен нам рассказать. Знает о Дэнни. Именно он может помочь нам распутать это дело.
– Я надеюсь на это, – ответила Морган. – Я хочу, чтобы вы схватили людей, ответственных за все эти смерти, но я также хочу, чтобы у Скотта наладилась жизнь.
– Тогда я надеюсь, что смогу ему в этом помочь.
Он поцеловал ее в висок, стараясь утешить и успокоить. Но она хотела от него гораздо большего. Она обернулась к нему, подставив губы.
– Поцелуй меня, – прошептала она.
Закрыв глаза, она отдалась на волю вихря эмоций, которые этот поцелуй разбудил в ней, – страсть и нежность, удивление и тревога. Громкий телефонный звонок заставил их оторваться друг от друга.
– Лучше ответь, – произнесла Морган, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
Люк снял пиджак со стула и вытащил телефон.
– Агент Ренфро, – уверенно произнес он.
Люк молча слушал, затем нажал отбой, встал и принялся натягивать пиджак.
– В чем дело? – спросила Морган. – Что случилось?
– Мы должны идти, – ответил он и захлопнул крышку своего ноутбука. – Звонили из больницы. Твой брат пропал.
Люк приехал в больницу раньше Морган и был рад, что у него появилась возможность спокойно разобраться в ситуации до ее приезда. Они столкнулись с Тревисом в лифте.
– Что произошло? – спросил Люк.
– У одного из пациентов случилось то, что они здесь именуют приступом. Он напал на медсестру, и офицер, охранявший Скотта, пришел ей на помощь. Когда он вернулся, Скотта в палате не оказалось.
– Вы проверяли записи камер наблюдения?
– Гас как раз сейчас этим занимается. Ты сообщил сестре?
– Она уже едет сюда. – Они с Морган решили приехать в разных машинах, чтобы избежать лишних подозрений.
Тревис последовал за Люком в палату Скотта. В коридоре им пришлось протиснуться мимо Карлоса, который суетился вокруг перевернутой тележки, собирая разбросанные по полу шприцы и таблетки.
– Вы пропустили самое интересное, агент Ренфро, – сказал он.
– А что так взбесило этого пациента? – спросил Люк.
Карлос пожал плечами:
– Кто знает? Никогда нельзя предсказать, что эти пациенты могут выкинуть в следующий момент.
В палате Скотта царил кавардак – покрывала были скомканы в углу кровати, ремни, которыми был связан Скотт, валялись на полу, а трубки капельницы свисали с прикроватной тумбочки.
– Он по-прежнему спал, когда офицер вышел из палаты? – спросил Люк.
– Он сказал, что Уэстфилд ворочался, проявляя беспокойство, словно успокоительное перестало действовать.
– Ему назначили не очень сильное успокоительное. – В дверях показалась медсестра Адкинс. На ее костюме спереди виднелось большое пятно, и прядь волос выбилась из пучка на затылке. Теперь она уже не казалась такой грозной, как раньше.
– Сколько должно было продлиться действие успокоительного? – спросил Люк.
– Сложно сказать, – ответила она. – Адреналин, взаимодействие с другими препаратами и сам процесс усваивания их организмом может привести к тому, что эффект от препарата усиливается или, наоборот, ослабевает.
– Значит, Скотт уже вполне мог прийти в себя после инъекции? – спросил Люк.
– Да.
