Алиби второго сорта полностью

Лариса взглянула на озабоченное лицо бухгалтерши и сразу поняла, что есть проблемы. Все читалось на лице Ирины Владимировны. Всегда, когда случались неприятности, она входила к ней в кабинет тихо и бочком, как опоздавшие на спектакль, чтобы не потревожить других зрителей.

– Ну, что у вас там? Не сходится баланс? Налоговая инспекция нашла очередные нарушения? – улыбнулась Лариса.

– Вы уже все знаете? – удивилась бухгалтерша.

– Конкретно – нет, а в общем – догадываюсь, – сразила ее проницательностью Котова.

– В таком случае, – облегченно выдохнула Ирина Владимировна, – прочитайте вот это.

Она сунула Котовой листок бумаги. Лариса пробежала его глазами и скептически усмехнулась.

– Они что, с ума сошли? – прокомментировала она.

– Вот и я о том же, – тут же поддержала начальницу бухгалтер.

– Придется звонить их начальству, – вздохнула Лариса. – И разговор предстоит нелегкий…

Бухгалтерша не ответила. Собственно, что она могла? Выразить сочувствие Котовой? А та, не дай бог, еще будет копать дальше и найдет причину для придирки, мол, в нынешних налоговых проблемах виновата именно Ирина Владимировна. Но у главбуха была еще одна новость. Тоже не из приятных. Поставщик затребовал новые цены на продукты, и, если согласиться с его условиями, придется перекраивать бюджет. Ирина Владимировна, набрав побольше воздуха в легкие, сообщила начальнице и об этом.

Лариса всерьез озадачилась. Если с налоговой, используя некоторые ее связи, можно еще что-то уладить более-менее без особых потерь, то с поставщиками проблема куда серьезнее.

– Так, ну я подумаю, как будем выкручиваться… Наверное, надо посоветоваться с нашей светлой головой. Где у нас Степаныч? – Котова подняла на бухгалтершу свои зеленые глаза.

Та едва сдержалась от реплики. Считать Дмитрия Степановича Городова, администратора ресторана «Чайка», светлой головой, конечно, можно. Особенно если не общаться с ним близко и часто. Те же, кто сталкивался с ним ежедневно, страдали от мерзкого характера администратора – Городов был ворчлив, вспыльчив и упрям.

– Я его видела десять минут назад, беседовал с официантками.

– Надеюсь, не на повышенных тонах? – поинтересовалась Лариса, зная, что Степаныч и команда официанток постоянно не ладят, – администратор зачастую срывается, на девушках вымещает досаду, обзывает «старыми обезьянами». Короче говоря, хамит, а кому из женщин это понравится?

– Нет, он даже держал одну из них за руку. Беседа была, можно сказать, даже игривой.

– Вот как? – удивилась Лариса. – С кем же он ворковал?

– С новенькой. Неделю у нас работает, Света.

– А, вот оно что! Понятно…

Света Кострова, новая официантка, была сдобненькой пышечкой лет тридцати, разведенной, бездетной и довольно коммуникабельной особой. Вместе с тем она была, что называется, простушка, этакая свойская баба. Поэтому Степаныч и проявил к ней интерес. Возраст, телосложение и доступность в общении – все устраивало в ней Дмитрия Степановича. Ни прошлая, ни нынешняя жены Городова его не устраивали, и он, несмотря на свой уже в целом почтенный возраст – сорок пять лет, – постоянно искал лучшей доли.

– Ирина Владимировна, если не затруднит, позовите его, пожалуйста…

– Да, сейчас, конечно, – закивала главбух, довольная тем, что Лариса не расстроилась вконец из-за проблем в ресторане и не стала обвинять в нерадении ее.

Она вышла из директорского кабинета уже своей обычной, уверенной походкой. Спустя минуту в кабинет, постучав для приличия, вошел администратор Городов.

– Степаныч, тут у нас нарисовалась ситуация не очень красивая, – начала Лариса. – Придется нам вместе ее разруливать. Кофе будешь?

– Буду, буду, – небрежно усаживаясь на стул, закивал Городов, и Лариса отметила, что у администратора и впрямь хорошее настроение сегодня – обычно он отказывался от кофе, объясняя это тем, что он вызывает у него изжогу, и даже каждый раз впадал в ярость, если кто-нибудь забывал об этом и предлагал Дмитрию Степановичу нелюбимый напиток.

За кофе, пока Лариса выкладывала Степанычу возникшие проблемы, тот все больше и больше мрачнел. Под конец он уже просто нервно барабанил пальцами по столу, а на шее у него вздулись вены.

– Е, да они что, стебанулись, что ли?! – воскликнул он, едва Лариса закончила. – Ну, дают! Повышают и повышают!

– Что делать-то будем? – прервала Лариса его эмоциональный монолог. – Если им просто сказать, что они «стебанулись», вряд ли понизят цены.

– Да нужно просто других поставщиков найти!

– Будто это так просто, – напомнила Лариса. – Эти-то, по крайней мере, проверенные, и продукты у них всегда качественные.

– Значит, нужно сделать так, чтобы они цены снизили!

– Великолепная мысль! – усмехнулась Лариса. – Дело за малым – придумать, как это сделать.

Степаныч задумался, почесывая по привычке затылок. Думал он, насупившись, минуты три, а затем выпалил:

– Нужно их поставить в такие условия, чтобы им деваться было некуда. В смысле, сбывать товар больше некому. Вот.

– И это мне представляется малореальным, – вздохнула Лариса.