Г: Еще пару фоток, и совсем как оловянный солдатик.
Л: Да-да. У некоторых мальчиков так и остается тяга к игре… с солдатиком.
Г: Возможно. У тебя потрясный педикюр. Чумовой лак.
Л: Темно-вишневый.
Г: Ага. Очень аппетитно смотрится. Хочется полакомиться.
Озеро разогревалось, горячие испарения кружили голову. Алина отстегнула застежки пояса, избавилась от него, а заодно и от лифчика.
Л: Как именно?
Г: Расцеловать каждый твой пальчик.
Л: А потом?
Г: Подняться языком к подколенным ямкам.
Она споро облачилась в салатовый пеньюар. Ткань приятно стиснула грудь, восставшие соски отозвались чувственной нотой.
Щелк! Дзинь!
Л: Дальше…
Г: Не дальше, а выше! По кофейной коже. Оставляя влажный след. Все ближе и ближе…
Л: К десерту?
Звук сообщения.
Г: Что это?
Л: А ты как думаешь?
Г. Ночнушка с рюшами. Такую модель носила фаворитка Людовика пятнадцатого?
Л: Чем тебе не угодил галантный век? И в этом – удобненько!
Г: Сей воздушный зефир может отбить у мужчины весь аппетит.
Л: Много ты понимаешь!
Г: Ладно-ладно. Не отобьет. Просто наш пассажир проследует транзитом выше. Что у нас там?
Алина отбросила скомканный пеньюар. Дотянулась пальцами до почти прозрачного, в темной гамме, бюстика.
Л: Вот!
Щелк! Дзинь!
На фото крупным планом одна грудь, затянутая в практически прозрачную чашку.
Г: А неплохо! У тебя сосок напрягся?
Л: Здесь прохладно!
Г: Подумай о губах мужа. Как они прильнут к твоим …
Л: Перестань!
Г: А! Ты уже представила. Какой он? Отчаянный, робкий, похотливый? Ласкал тебя когда-нибудь в ресторане, под скатертью, у всех на виду?
Л: А тебя кто-то?
Г: Не я стою в белье от Виктории Сикрет, придирчиво разглядывая себя в зеркале.
Л: Ты когда-нибудь одевался так? Примерял женское?
Г: Сделка. Я честно отвечаю. Ты выполняешь мое небольшое желание.
Л: Идет.
Г: Нет.
Л: Ты же сам предложил!
Г: Я ответил честно. Мой ответ – нет.
Л: Твое желание?
Г: В чем ты сейчас?
Алина, стоя абсолютно голой перед зеркалом, подняла руки. Повернулась. Было в этой ситуации извращенное чувственное удовольствие. В кабинке, посреди заполненного сотнями людей торгового центра… Стоять обнаженной. И демонстрировать себя по кусочку.
Л: В черных стрингах. И все.
Натянула. Черная ткань плотно охватила рельефно-женственный орган.
Щелк! Дзинь!
Г: Вижу. Так и оставайся.
Л: Что еще мне делать?
Г: Сделай шаг из кабинки в зал. Обернись влево. Влево, а не вправо! Слева девушка-практикантка. Справа седая мымра.
Алина боязливо высунулась из-за занавески, прикрывая обнаженную грудь одной рукой.
Л.—Всё?
Г.—Нет. Подзови девушку. Попроси ее помочь натянуть вон то сексуальное боди.
Л: Забавно. И?
Г: Не помогай ей. Пусть все сделает сама. Закрой глаза и представь, что это мужчина скользит по твоему телу сильными руками.
Л. Ну не знаю,– Алину вдруг охватило сомнение. Нет, ей нравилась эта игра. Как нравились все игры с сексуальным подтекстом. Но, кажется, эта забава выходила за рамки…
Г: Она уже идет к тебе! Не дрейфь, ты слово дала!
Л: Ок.
Г: И последнее: когда девушка будет уходить, ущипни ее легонько за попку.
Л: Это слишком!
Г: Слабо?
Через минуту девушка поспешно выбежала из кабинки, едва не свалившись с высоких каблуков.
Г: Я видел тебя сейчас. Ты была великолепна. Взгляд победительницы, трепещущие ноздри хищницы. И широко расставленные ноги. Тебе понравилось?
Л: Да!!!!!!!!
Г. Завидую Альберту. Такую знойную штучку отхватить!
Л: Тёма!
Г: Кажется, я влюбляюсь в тебя. И готов макать рогалик в блюманже, пока…
Л: Еще немного, и сдать назад белье я уже не смогу. Неприлично будет. Все, убегаем отсюда!
Алина набивала текст, лихорадочно одеваясь при этом.
Г. Там подальше есть еще костюм стюардессы. Стань для парня проводницей на седьмое небо! И пусть его лайнер …
Л: Порхает как бабочка и жалит как пчела?
Г: Вот-вот. Жаль тут нет прикида жокея. Или амазонки. Любишь отчаянную скачку?
Л: Обожаю!
Алина вылетела из примерочной, как комета. Проносясь между мымрой и девушкой с полыхающими щеками, на ходу бросила надменно, гордо задрав нос:
—Ничего не подошло. Все белье в примерочной.
На выходе ее подхватил под локоток Артем. От былого унылого настроения парня не осталось и следа.
8.
Стоило захлопнуться дверце авто, как в полутьме паркинга Артем буквально накинулся на Алину. Шея, ключицы, уши, губы,– все оказалось покрыто десятками беглых хаотичных поцелуев. Левая рука поклонника подхватила ее за плечи, так и не дав откинуться на сиденье, а правая… Правую Алина перехватила на полпути к груди. Цепко удерживая запястье, она усмехнулась внутренне:
«Надо же, как на первых свиданиях в ранней юности, когда кавалер, по тем, прежним понятиям, заходил слишком уж далеко!»
Она на миг смешалась, вспоминая, студенческая то была, юность или все же школьная. А через минуту прошлое уже стало не важно, так сладко и горячо стало внутри, так закружилась голова.
