«Как они тут любят командовать! Прочитай стихи, расскажи о приключениях!.. В школе и то было лучше», – подумала Алиса.
Но все-таки она встала и начала читать наизусть, но в голове у нее все еще звучала Кадриль Омаров, все слова перепутывались, и стихи выходили какие-то странные:
– Да, что-то не очень похоже на то, что мы учили в детстве, – сказал Грифон.
– И я ничего подобного не помню, – заметила Черевродепаха. – По-моему, это просто набор слов.
Алиса молчала. Закрыв в отчаянии лицо руками, она думала о том, вернется ли когда-нибудь ее прежняя жизнь, в которой все было так ясно и понятно.
– Стихи эти требуют объяснения, – раздался голос Черевродепахи.
– Нет, она объяснить их не сможет, – сказал Грифон, – продолжай! Мы ждем продолжения. Что-нибудь еще знаешь?
Алиса не посмела возразить, хотя чувствовала, что все, что она ни прочитает, опять будет неправильно. Дрожащим голосом она начала:
– Боже, какая чушь! Это еще хуже! – взвизгнула Черевродепаха.
– Не лучше ли чтение прекратить, – сказал Грифон, – и протанцевать вторую фигуру Кадрили Омаров или, может быть, тебе больше хочется, чтобы Черевродепаха спела еще одну песенку?
– Да, я бы с удовольствием послушала пение Черевродепахи! – сказала Алиса так пылко, что Грифон, похоже, обиделся.
– Ну, спой ей «Черепаховый суп», старушка, – сказал он.
Черевродепаха глубоко вздохнула и прерывающимся от рыданий голосом запела:
– Припев повторяем! – воскликнул с воодушевлением Грифон.
Но только Черевродепаха начала повторять последние строки, как вдали послышался крик:
– Суд начался!
– Бежим! – крикнул Грифон и, схватив Алису за руку, бросился бежать, не став ждать окончания песни.
– Какой суд? – задыхаясь от бега, спросила Алиса.
– Бежим! Бежим! – только и твердил в ответ Грифон.
Они побежали еще быстрее, а ветер доносил до них печальные ахи и вздохи Черевродепахи и слова его песни:
