Дом не отличался чем-то примечательным. Да и был заброшен, как и предыдущие. В Архене имелось суеверие, что если кто-то живёт на месте преступления, то возможно его постигнут несчастья. Вплоть до того, что на тебя нападёт неожиданно тварь Леса посреди бела дня на главной площади Архена.
Мы прошли спокойно внутрь и начали осматривать место. Теперь нас было четверо, что значительно облегчало мой путь. Даже Джиллиан и Аммон притихли под взглядами Тараса. Кажется, от их вылазки был толк в конце концов. И я больше не мог винить их. Хотя на Джиллиана я все ещё был в обиде. Надо же было не подумать? Как он вообще догадался схватить подозрительную куклу?
— Символов нет? — спрашиваю я, осматривая улики на месте преступления.
— Нет, тут они не найдены, — отвечает Тарас. — Такое убийство тоже не похоже на его отметку. Есть какая-то странность в этом деле.
Я задумываюсь, пытаясь найти связь между убийствами, и вдруг приходит мне в голову мысль.
— Может быть, все это связано с каким-то культом? Символы, которые мы нашли, вполне возможно относятся к какой-то религии или обряду. А убийства могут быть жертвоприношениями.
Тарас задумчиво кивнул.
— Возможно, ты прав, Алистер ли Артан. Это может быть какая-то форма культа, которая не совсем понятна. Но зачем им убивать аристократов, если они хотят совершать жертвоприношения?
— Возможно, это связано с их верой или философией. Они могут считать, что аристократы – это какой-то вид зловещих духов, которых нужно искоренить. Или, возможно, за каждого убитого аристократа они получают какое-то вознаграждение.
Тарас кивает, задумчиво размышляя над моей теорией. Мне кажется, что мы двигаемся в правильном направлении. Но нам нужно найти больше улик, чтобы подтвердить или опровергнуть нашу гипотезу.
Всё было слишком просто, а потому я просто сел в угол, задумчиво глядя на стену. На стене висела огромная карта Архена, которая умиротворяюще действовала на мой уставший мозг. Да я столько не работал даже в самый завал. Если я выживу в этом крысином беге, то мне должны дать орден за трудолюбие.
Я размышлял о простых вещах, пока призраки переговаривались, выдвигая всё новые и новые теории. Я же спокойно смотрел на карту. Когда я заметил место убийства Таиры, то мысленно прикинул, какой путь умудрился проделать. Я представлял, как бегу от своих друзей, как меня загоняют в угол. Как я телепортируюсь в своё убежище.
Я в уме ставил точки на каждом событие минувших дней. Вот, я проснулся в убежище. Познакомился ближе с Аммоном, а после и Джиллианом.
Мы проследовали на первое место. Ещё одна точка.
Вторая. Третья. С каждой точкой мои глаза всё сужались, и я судорожно начал доставать бумаги по делам, что оставила мне Таира.
Я достал лист бумаги и начал ставить точки примерно, как видел. Я проставлял все места убийств, что мы уже осмотрели, а после и будущие, как нужно было осмотреть. С каждым моим движением руки я начал понимать, что мы крупно вляпались.
Я посмотрел на получившееся «созвездие из точек, а потом начал их соединять по специфике и времени… Завершив последнюю линию, я вытянул руку вперёд, направляя свой рисунок на карту. Всё сходилось.
— Что ты делаешь, малыш-страж? — медленно подходит ко мне Аммон, а Тарас поднимает брови, впервые показывая такое удивление с момента нашего знакомства.
— Осознаю, что я дурак, — роняю я голову на колени. Дурак, как и любила говорить Таи.
— Что это? — ближе всех ко мне оказывается Джиллиан, но он совершенно не понимает, что это.
Я же горестно вздыхаю и говорю.
— Пентаграмма, — они не понимают. — Это начало огромного ритуала. Этот ублюдок проводит ритуал над всем городом. А жертвоприношениями являются все жертвы.
Тарас и Аммон обменялись взглядами, а Джиллиан неуверенно наступал ногой.
— Я не понимаю, как такое возможно? Как он может проводить ритуал над всем городом?
— Нам нужно выяснить больше информации, — серьёзно произносит Тарас. — Мы должны узнать место, где он проводит свой ритуал, и быстро действовать, прежде чем будет слишком поздно.
— Но мы не знаем, где искать, — замечает Аммон.
Я поднимаюсь и подношу им карту.
— Я знаю, где искать. Посмотрите, — указываю я на пересечение всех линий. Но кажется, что это ещё не все, — но это не скажет нам, что это за ритуал. Да и время. Он убивал с интервалом в неделю. А на каждом месте были эти символы. Значит, они были ему нужны до определённого времени, а потом он уничтожал их в огне.
Тарас и Аммон обменялись взглядами, а потом последний спросил.
— Ты уверен в своих словах?
— Да. Я отследил связь между всеми точками, где были обнаружены трупы, и они образуют пентаграмму. Это слишком большое совпадение, чтобы быть случайностью, — отвечаю я.
Тарас задумчиво начал шагать по комнате, потом сказал.
— Нам нужно поторопиться. Если он проводит ритуал, то время работает на него. Мы должны попытаться прервать его до того, как будет слишком поздно.
— Куда нам идти? — спрашивает Аммон, уже готовый идти дальше.
