— Эх, не думал, что буду прощаться с ним вот так. Мы ведь не одну битву вместе прошли, он был хорошим воином, сил не много, зато умел пользоваться головой. Не раз спасал мою задницу, когда я уже начинал молиться Тавору, за свою бренную душу. Надеюсь, ты прожил свою жизнь без сожалений, прощай старый друг.
Он мучительно вздохнул и замолчал, сломанный пополам прутик улетел в горящее пламя и постепенно начал чернеть, извиваясь в чертогах пламени. Похоже, барон с головой погрузился в тяжелые мысли, и окружающие его люди более не интересовали. Когда-то, тот человек и этот толстяк, были товарищами. Возможно даже братьями по оружию, интересно в скольких битвах они участвовали? Сколько раз человек может рисковать своею жизнью, прежде чем потеряет её? И скольким могу рисковать я, пока не совершу раковую ошибку? И если я все же умру, будет ли хоть кто-то, кто вспомнит обо мне, и поднимет ли брагу в мою честь? Похоже, тяжелые мысли очень заразны, потому что я так глубоко задумался, что Ивлису пришлось потрясти меня за плечо, что бы привлечь внимание. Поднявшись на ноги, он коротко кивнул в сторону, где всего полчаса назад я сидел со связанными руками.
— Отойдём ненадолго.
Токо вопросительно поднял бровь, но я лишь покачал головой и улыбнулся, что бы успокоить друга. Интуиция подсказывает мне, что опасность давно миновала, да и с Ивлисом я уже немного знаком. Пройдясь не много, я оказался на той же полянке где и очнулся, воин ждал, прислонившись спиной к большому валуну, выглядел он довольно мрачно.
— Ты хотел поговорить?
Задал я риторический вопрос, но все же без него никак. Ибо, тяжелые мысли, и вправду оказались столь заразны, что даже Ивлис не спешил начинать разговор первым.
— Да, извини, что пришлось выслушивать всё это.
— Ничего страшного, похоже, что у людей, что у гоблинов, печали одинаковы. Все мы смертны.
Ивлис грустно улыбнулся и продолжил.
— Что же, не смотря на всё это, у меня есть для тебя хорошая новость. Насчёт просьбы Ли-Лиан, можешь считать, что ты свободен.
— Что?
— Да, видишь ли, после той новости, думаю, принцесса более не нуждается, в чьей либо помощи. Мой контракт, очевидно так же будет закрыт. Не сказал бы, что это меня радует, думаю, придётся отказаться от половины награды. Итак, пакостно на душе, а уж десяток другой золотых мы сможем заработать и без вреда юной леди.
Ивлис замолчал, и задумчиво уставился на свой меч. Потеребив кожаную обивку рукояти, он, наконец, решился спросить.
— Наиль, я понимаю, что сейчас не время, но я хотел спросить, как там мой меч?
Балансир да? Есть ли смысл удерживать его у себя? Когда конфликт между гоблинами и людьми улажен, стоит ли оставлять возможность для ухудшения отношений в будущем? К тому же, теперь, когда у меня есть эльфийский палаш, второй меч мне попросту не нужен.
— Сейчас он не у меня, но я думаю, что могу его вернуть, в знак примирения между гоблинами Леса Аррандаль и людьми. Надеюсь, ты не против?
— Ох, конечно же, нет. Надеюсь, в будущем мы сможем наладить более хорошие отношения, хороший ты парень, Наиль!
Глубоко внутри я ехидно усмехнулся, ибо все прошло, как и планировалось. Меч в обмен на спокойное будущее племени, не такая уж и плохая сделка.
— Тогда, так тому и быть!
Буквально на автомате я протянул ему руку, и тут же спохватился, но Ивлис не задумываясь, с силой сжал мою ладонь. Пальцы все еще болели после стычки с монахом, но я сумел-таки не показать виду.
— Ах, да, есть ещё кое-что, что я хотел спросить, это ведь не ты убил его? Ну, ты понимаешь о ком я?
Он осторожно оглянулся, проверяя, не слышит ли нас кто у костра.
— Ты не подумай, я понимаю, что тебе, возможно, пришлось защищаться, и если так, я не расскажу об этом принцессе. Ей сейчас явно не до этого, но конечно хотелось бы быть уверенным, что всё не закончиться кровавой местью.
Я сжал кулаки, напряженно размышляя над ответом. Есть ли смысл врать? Я прекрасно знаю, кто убил его, но… Кровавая месть, да? Звучит очень плохо, эта девочка, одно случайно брошенное слово, может привести к ужасным последствиям. Сколько смертей может повлечь жажда мести? Хотел бы я такой участи для сестрёнки? Что ж, думаю я, уже знаю ответ.
— Нет, я не убивал его. Я лишь наткнулся на поле боя, где он встретил свой конец.
— Вот как?
Ивлис выглядел довольно смущенным, похоже, он был одновременно рад этой новости, но при этом понимал, что радоваться тут особо нечему.
— Я, я поговорю с принцессой. Думаю, она будет рада знать, что ты не причастен к «его» убийству.
Мы оба замолчали, не зная, что ещё сказать. Смерть близкого человека, всегда очень печальна, и даже если это произошло не с тобой, ты всё равно чувствуешь себя неловко.
— Так что, я могу уйти?
Я всё еще не понимал, что от меня требовалось, вроде бы я свободен, но ощущения подсказывают мне, что это не правильно. Грудь сжимает не приятная теснота, словно чего-то не хватает. Я что-то забыл? Ивлис не стал давать ответа и лишь отмахнувшись, вернулся к костру. Я всё ещё терзаемый догадками, что же я могу сделать, так же подошёл к центру лагеря.
— Наиль?
