«Что такое? Я разве не полностью подчинил себе свой Талант?»
Мисс Флетчер странновато посмотрела мне вслед, явно не поняв, что случилось, я же со вздохом закинул отломанную рукоять в вестибюль и вышел на тротуар. Синг (по-прежнему с дедушкой на руках) и Квентин бежали вперед, направляясь к черному «фордику», терпеливо дожидавшемуся там же, где мы его оставили. Бастилия чуть задержалась у двери.
— Ладно, ладно, — сказала она. — В отношении динозавров ты был прав. На этот раз…
Я посторонился: какие-то храбрые посетители библиотеки наконец отыскали выход и ринулись на улицу.
— Твоих приятелей-динозавров сейчас снова повяжут, — сказала Бастилия.
— Чарльз обещал вывести их, пользуясь всеобщим смятением, — сказал я, убегая с нею вместе по улице. — Все равно мы больше для них ничего сделать не можем.
И это была чистая правда. Знали бы вы, до чего тяжело иметь дело с динозаврами! Познакомившись с ними поближе, я перестал удивляться, зачем Библиотекарям понадобилось изобретать этот миф, будто они вымерли. Право же, масса народу в Свободных Королевствах хотела бы, чтобы так оно на самом деле и было!
Синг уже устроил дедушку Смедри на пассажирском сиденье, Квентин втиснулся на зады. Синг влез на место водителя, взялся для виду за бесполезный руль, и машина сорвалась с места. Секунду спустя к нам подкатил серебристый спортивный автомобильчик Бастилии. Она живо запрыгнула внутрь, я же… С моей стороны на дверце не было ручки. В конце концов Бастилия открыла ее изнутри — опять-таки постучав по приборной доске.
— Внутренней ручки тоже нет, — хмуро проговорила она.
— Очень странно, — сказал я, забираясь в машину. — Поехали!
Она улыбнулась, врубила передачу и втопила педаль. Я оглянулся и увидел сквозь заднее стекло, что наружу из покинутого нами здания как раз вывалилась группка Библиотекарей. Им оставалось лишь бессильно смотреть, как машина Бастилии, визжа шинами, уносится прочь.
Я снова повернулся вперед.
— Полагаю, — сказал я, — вы каким-то образом устраиваете так, чтобы нас не перехватила подведомственная Библиотекарям полиция?
— Они не работают вот так в лобовую, — сказала Бастилия. — Они предпочитают, чтобы люди в массе своей не подозревали об истинном мироустройстве. Большинство правительств даже не догадываются, что ими искусно манипулируют. Так что можно слегка перевести дух, вырвавшись с центральной базы Библиотекарей. И в особенности выведя из строя их Окулятора.
Я кивнул, поудобнее устраиваясь на сиденье.
— Приятно слышать, — сказал я. — Хватит уже с меня скрытных проникновений, погонь и отчаянных схваток. По крайней мере, на сегодня.
Бастилия вписалась в крутой поворот.
— А знаешь, Алькатрас, — сказала она. — Пожалуй, ты не такой несносный, как большинство Смедри.
Я улыбнулся и сказал:
— Значит, я еще недостаточно практиковался.
Так вот, я все вам наврал.
Спорю на что угодно, вы успели сделать вывод, что ни до какого алтаря, сложенного из устаревших энциклопедий, мы в этой книге так и не доберемся. И я не буду лежать на вышеуказанном алтаре, ожидая удара жертвенного ножа. И звероподобный Библиотекарь не вознамерится пролить мою кровь, знаменуя завершение черного ритуала. И не будет ни акул, ни пропасти с расплавленной магмой…
Эти удовольствия вас ждут в следующих выпусках. Вы же, в самом-то деле, не думали, будто я втисну всю свою историю в один-единственный томик?
«Фордик» дедушки Смедри не торопясь катился по улице. Было уже темно. Спасшись из библиотеки, мы успели эвакуировать автозаправку, после чего весь вечер и весь следующий день отлеживались в безопасном убежище (это был фальшивый ларек по продаже горячих бутербродов с вывеской «Пескобургеры»).
— Дедушка? — окликнул я, поглядывая в окно.
— Да, мальчик мой?
Я спросил его:
— А что теперь?
Он некоторое время молчал, рассеянно и вполне беспорядочно вертя руль. Ночь отдыха пошла ему явно на пользу, он набрался достаточно сил и снова мог опаздывать к боли, то есть принимать полученное от Блэкберна понемножку, вполне терпимыми порциями. Словом, выглядел он теперь почти так же, как при нашей первой с ним встрече.
— Ну, — сказал он наконец, — дел у нас вообще-то полно. Свободные Королевства по-прежнему проигрывают войну против Библиотекарей. Главные бои сейчас идут в Мокии. Впрочем, и то, что незаметно происходит в тылах, не менее опасно и важно.
Я спросил:
— Что будет, если Мокия падет?
— Библиотекари включат ее в состав своей империи, — ответил дедушка Смедри. — На то, чтобы окончательно ее интегрировать, уйдет примерно десятилетие. За это время Библиотекари выправят книги по истории, имеющие хождение по всему миру, и полностью перепишут историю региона.
Я кивнул и спросил:
— А мои родители? Они тоже — часть этой схватки?
— И весьма важные, — сказал дедушка. — Это люди, от которых очень многое зависит.
— Столь многое, — сказал я тихо, — что все это время им было не до меня?
Дедушка Смедри мотнул головой.
— Нет, мой мальчик. Все было не так.
— Но тогда почему? — спросил я обескураженно. — Что за причина заставила их меня бросить у Библиотекарей?
