Алькатрас и рыцари Кристаллии полностью

Паутинки возле моих ног стали больше. Чтобы удержать равновесие, я коснулся стены, и вокруг моей ладони тут же образовалось кольцо из трещин.

— Стойте! — воскликнул один из рыцарей. — Я зайду и спрошу, можно ли вам присутствовать на слушании!

Дедушка Смедри тут же просиял.

— Вот славный паренек, — сказал он, беря меня за руку, чтобы я ненароком не сломал что-нибудь еще. Рыцарь скрылся за дверью.

— Мне не почудилось — мы только что шантажировали одного из рыцарей Кристаллии? — вполголоса спросил я.

— Кажется, даже двух, — ответил дедушка Смедри. — И это было, скорее, «запугивание», чем «шантаж». Может, с толикой «вымогательства». Точная терминология никогда не бывает лишней!

Рыцарь вернулся и — со вздохом — подал знак, приглашая нас войти. Мы энергично зашагали к двери.

В ту же секунду дедушку Смедри разорвало на кусочки.

Ну ладно, ладно, на самом деле никакого взрыва не было. Мне просто хотелось, чтобы вы побыстрее перевернули предыдущую страницу.

Видите ли, если быстро переворачивать страницы, одну из них можно ненароком и вырвать. И если это случится, вам непременно захочется купить еще один экземпляр. Разве кому-то нужна книга с вырванной страницей? Уж точно не вам. С вашим-то утонченным вкусом.

А вообще, только представьте, сколько замечательных применений можно найти этой книжке. Из нее, например, выйдет отличная подставка. Или стройматериал. А отдельные страницы можно вообще выставлять в рамах, как произведения искусства. (В конце концов, каждая из них — настоящий шедевр. Взгляните, к примеру, на страницу 56. Просто верх изящества.)

Очевидно, что вам понадобится целая уйма экземпляров. Одного же точно не хватит. Так что ступайте и купите еще. Или уже забыли, что вам тоже нужно сражаться против Библиотекарей?

В общем, закончив не взрываться, дедушка Смедри вошел внутрь палаты. Я последовал за ним, ожидая увидеть внутри нечто вроде зала суда. Каково же было мое удивление, когда за дверью оказался простой деревянный стол, за которым сидели трое рыцарей. У дальней стены навытяжку стояла Бастилия — руки по швам, взгляд строго вперед. Обсуждая наказание, рыцари на нее даже не смотрели.

Одним из рыцарей был маскулинного вида здоровяк с огроменным подбородком. Всем своим видом он будто излучал опасность: «Я рыцарь, и я могу запросто тебя прикончить».

Рядом с ним сидела мать Бастилии, Драулин, которая излучала опасность в духе: «Я мама Бастилии, и я тоже могу тебя прикончить».

Последним из троицы был пожилой, бородатый рыцарь. От него исходила опасность в духе: «А ну сделали потише свой хип-хоп, чертовы детишки! И, кстати говоря, я тоже могу тебя прикончить».

Судя по выражениям их лиц, нам с дедушкой рыцари были явно не рады.

— Государь Смедри, — сказал мужчина с выдающимся подбородком, — на каком основании вы прерываете наше заседание? Вы же прекрасно знаете, что здесь у вас нет никаких полномочий.

— Если бы меня это останавливало, в жизни не было бы никакого веселья! — заявил дедушка Смедри.

— Речь не о веселье, государь Смедри, — парировала мать Бастилии. — А о справедливости.

— О, и с каких же пор стало «справедливым» наказывать человека за то, в чем нет его вины?

— Вина нас не интересует, — ответил пожилой рыцарь. — Если рыцарь не способен защитить своих подопечных, его следует освободить от занимаемого поста. Юная Бастилия не виновата в том, что мы слишком быстро повысили ее до рыцаря и…

— Не слишком быстро, — огрызнулся я. — Бастилия — самый выдающий рыцарь во всей Кристаллии.

— А много ли вы, юный Смедри, знаете о рыцарях, которые служат в наших рядах? — спросил пожилой мужчина.

Он был прав. Я почувствовал себя немного глупо — но разве Смедри это когда-нибудь останавливало?

— Нет, — признался я. — Зато я знаю, что Бастилия проделала фантастическую работу, защищая меня и дедушку. Она отличный солдат — я своими глазами видел, как она вышла один на — один против Кости Нотариуса и держалась, имея при себе только кинжал. Я видел, как она справилась с двумя библиотекарскими головорезами, прежде чем я успел моргнуть.

— Она потеряла свой меч, — возразила Драулин.

— И что? — парировал я.

— Это символ Рыцарей Кристаллии, — ответил Большой Подбородок.

— Ну так раздобудьте для нее новый! — рявкнул я.

— Все не так просто, — объяснил пожилой рыцарь. — Тот факт, что рыцарь не в состоянии позаботиться о собственном мече, вызывает серьезное беспокойство. Мы должны держать планку ради блага всех аристократических семейств.

Я сделал шаг вперед.

— Она рассказала вам, как именно сломался ее меч?

— Она сражалась с Оживленным, — ответила Драулин. — Своим мечом она проткнула одному из них грудь, затем ее ударили и отбросили в сторону. Когда Оживленный погиб, провалившись сквозь пол, меч оказался утрачен.

Я посмотрел на Бастилию. Она отвела взгляд.

— Нет, — сказал я, снова глядя на рыцарей. — Все это действительно было, но это не то, что было на самом деле. Дело не в падении и даже не в смерти Оживленного, и меч она не просто потеряла. Он был сломан. Мной. Моим Талантом.