Алхимия иллюзий полностью

Майор, опрокидывая в себя вторую стопку коньяка (и Вика была уверена, что до ее появления он принял на грудь гораздо больше), снова закусил ириской и ответил:

— Нет, с этим, по причине его состояния, будут кое-какие проблемы. Однако все улики налицо. Прямо на кухонном столе, в мойке, нашли нож, которым был убит Игорек…

Вика закрыла глаза — она ведь знала, что кто-то, напав на Игоря в темноте около собственного дома, шестнадцать раз ткнул ему в спину и горло остро заточенным ножом.

Нет, не кто-то, а Виктор Титов!

— На ноже эксперты обнаружили только его отпечатки. Кроме того, у него в квартире отыскался кошелек Игорька, золотой крестик, а также часы, которые я сам ему подарил на пятнадцатилетие.

Вика еле сдержала рыдания — она помнила, как Игорь доставал свой кожаный кошелек, чтобы расплатиться в кафе. Как на его мускулистой груди покачивался небольшой золотой крестик. Как на его запястье сверкали крутые заграничные часы, объект гордости многих одноклассников.

— Так что никаких сомнений в виновности этого мерзавца нет, — продолжил милиционер. — Нам повезло, что кто-то, наверное, соседи, видели, как он заявился к себе на квартиру с окровавленными руками, два дня спустя анонимно позвонил в городское управление и дал наводку… Ну а остальное — дело техники. Ребята наведались по адресу, нашли его в бессознательном состоянии и квартиру, полную улик…

— В бессознательном состоянии? — переспросила Вика, ничего не понимая. — И квартиру, полную улик?

Ведь, насколько она была в курсе, Титов по-прежнему проживал в комнате университетской общаги, куда его устроил ее отец-проректор. Или этот верткий тип уже успел заполучить собственную хату?

Однако о бессознательном состоянии Титова ей ничего не было известно — выходит, в последние часы многое произошло?

— А что с ним случилось? — спросила Вика.

— То, что с каждым наркошей случается рано или поздно! — злобно заявил майор. — А этот ведь уже нарик давно, со стажем. Слишком много себе впрыснул, впал в кому и теперь вряд ли когда-нибудь вообще оклемается. А если и придет в себя, то вряд ли будет прежний, наверняка сможет только лежать в постели и слюни пускать. Надеюсь, эта тварь сдохнет! Хотя мог бы ввести себе эту дозу не после того, как убил Игорька, а до! И все было бы отлично!

Ничего не понимая, Вика в волнении поднялась со стула, едва не опрокинув собственную, еще почти до краев полную стопку коньяка.

— Но разве Титов наркоман? Он что, в больнице? Я не знала…

Ломакин, бабахнув кулаком по столу так, что закачались башни из папок, заявил:

— Да какой, к черту, Титов? Я веду речь об Антоне Дундукове, предводителе местной шпаны по кличке Дуремар.

Вика опустилась обратно на стул, потому что голова внезапно закружилась. Дуремар… Его отчислили из школы в прошлом году, и с тех пор он в самом деле пошел в полный разнос, то ли спившись, то ли промышляя наркотиками. Но при чем тут Дуремар?

Она адресовала этот вопрос дяде Игоря, и тот, дыша перегаром, заявил:

— Девочка, ты что, тупая? Дуремар давно затаил злобу на Игорька. Это же опять с тобой было как-то связано, не так ли? Дуремар со своей командой к тебе приставал, а Игорек потом его проучил. Ну, Дуремар тогда и поклялся, что рано или поздно отомстит Игорьку, это многие слышали. Вот и отомстил. Правда, уже значительно времени с той поры прошло, но этот Дуремар ведь сидел, причем очень прочно, на игле. И в итоге напал на Игорька, убил его, а чтобы никто не заподозрил, что это месть с его стороны, инсценировал ограбление. А потом на радостях всадил себе дозу, причем слишком большую, впал в кому и теперь лежит в больнице, находясь между жизнью и смертью. Надеюсь, эта мразь сдохнет, не приходя в сознание! Иначе сам пойду и разряжу в него табельное оружие!

Вика, в ужасе таращась на полную стопку коньяка, схватила его и отпила одним глотком практически половину.

— Молодец, девка! Ну, давай, что ли, еще…

Ломакин загремел бутылками в ящике стола, а Вика заметила:

— Вы ошибаетесь…

— Что? — выпучился на нее майор. — Девка, это ты о чем?

— Я об истинном виновнике смерти Игорька. Он ведь вам рассказывал о… Викторе Титове, который преследует меня с некоторых пор?

Ломакин напрягся и, почесав голову, заметил:

— Ну, было дело… Просто я в суматохе об этом шизоиде давно уже забыл.

Вика горько усмехнулась.

— Это его рук дело, поверьте мне! Он сам мне признался в убийстве Игорька! Сам! Он боялся, что ваше расследование обернется для него опасным, да и он не хотел, чтобы… Чтобы Игорь и я поженились…

Дядя Игоря, не разбирая, схватил недопитую стопку Вики и опрокинул ее содержимое себе в глотку.

— Девка, ну ты даешь! Ну да, теперь я припоминаю, что этого шизоида подозревали в организации пожара. Хотя это все на уровне предположений и слухов, улик-то никаких нет…

Затем, уставившись на Вику, майор заявил: