Алхимия иллюзий полностью

— Идите, идите, вам надо отдохнуть! — сочувственно проговорила Марина Ильинична. — Неприятности на работе?

Вика не стала отвечать на ее вопрос, потому что что она могла сказать? И главное, можно ли считать неприятностью, если маньяк-психопат, убивший твоего первого друга и твоих родителей, а также кучу других людей, терроризировавший тебя много лет назад, вдруг снова возник из небытия и убил в твой день рождения твоего же шефа?

Наверное, под неприятностями на работе милая Марина Ильинична подразумевала все же что-то иное.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Вика замерла, наблюдая за тем, с каким увлечением сын возится со своей крысой, точнее, крысом, с какой любовью подкладывает усевшемуся на столе грызуну, уморительно жевавшему корм, очередную горстку еды и как Марина Ильинична, недавно столь брезгливо относившаяся к Витольду Седьмому, осторожно гладит его по вздрагивавшей спинке.

А она, родная мать, во второй раз за день обидела своего ребенка. И все почему? Не исключено, потому, что она была шизоидом.

Точнее, ее сделал таковым Виктор Титов.

Открыв дверь в спальню, Вика почувствовала, что у нее нет сил. Она хотела было рухнуть на кровать, однако заметила на подушке кроваво-красную розу с длиннющим стеблем и золотую карточку с надписью знакомым ей витиеватым почерком:

«Сегодняшний вечер, Вичка, станет самым незабываемым в твоей жизни. Это я тебе обещаю!»

Пулей вылетев из спальни, Вика сбежала по лестнице и, не желая снова пугать сына, с упоением кормившего своего крыса, отозвала в сторону няню и спросила:

— А курьеры… Вы их пускали в квартиру?

Марина Ильинична, качая седой головой, ответила:

— Не дальше прихожей. А что, что-то случилось? Неужели что-то пропало, Виктория Павловна?

Скорее появилось. Вика, уверив, что все в полном порядке, снова поднялась в спальню.

Усталость как рукой сняло, у Вики заболела голова. Значит, Титов снова был в ее квартире, воспользовавшись тем, что няня увела Павлика на дневную прогулку.

А не исключено, что, заявившись утром и спрятавшись в гардеробной, пробыл все это время в их супружеской спальне, занимался на их супружеской кровати черт знает чем. А потом, когда Марина Ильинична вместе с Павликом ушли, выскользнул из квартиры и поехал прямиком в рекламное агентство, куда к тому времени уже прибыла его Вичка, новая владелица холдинга, убившая своего отца.

Вика с остервенением принялась срывать с постели белье. А потом, схватив одеяла и подушки в охапку, швырнула их на пол.

Нет, тут надо менять не белье, а подушки с одеялами вместе с кроватью. Спать на той, где — и в этом она не сомневалась — в ее отсутствие нежился Титов, она не намеревалась.

Взглянув на часы, Вика поняла, что уже почти пять. Усевшись на пол, она вынула мобильный, телефон вновь работал, пришло несколько посланий от Саши. Быстро ответив на них, Вика в крайне мягкой форме, не желая, чтобы муж счел это упреком, спросила, в каком зоомагазине он купил Витольда Седьмого. И поставила после сообщения несколько смайликов и изображений смешных крыс, правда, серых, так как белых она у себя на смартфоне не обнаружила.

Ответ от супруга не заставила себя ждать:

«Что ты имеешь в виду, Вика? Какого такого Витольда?»

Чувствуя, что ее бросает в дрожь, в который раз за этот сумасшедший день, Вика прямо спросила Сашу, где он купил сыну крысу-альбиноса, которую принес курьер.

Ответ мужа вверг ее в ступор, хотя подсознательно она была готова к этому.

«Я никакую крысу не покупал и с курьером не присылал. Вы что, сегодня в агентстве немного перебрали с шампусиком по случаю твоего дня рождения, солнышко?»

И изображение улыбающегося солнышка и двух чокающихся бокалов шампанского.

Вика вспомнила, что Саша, разумеется, ничего не знает о разыгравшейся в агентстве трагедии — о смерти ее шефа.

Точнее, о его убийстве.

Последовало еще одно его сообщение:

«А что, кто-то прислал для Павлика крысу?»

И через несколько секунд еще одно сообщение, которое ввергло Вику в ужас, потому что муж, сам того не ведая, сообщил правду:

«У тебя разве завелся неведомый поклонник?» И после этого два ряда улыбающихся солнышек, чередующихся с крысками.

Вика выключила мобильный и, улегшись в чем была на пол, застонала. Если бы у нее еще были слезы, то и заплакала бы.

Но слез у нее уже не осталось.

Ну конечно, крысу прислал не Саша, а Титов. Как и корзину роз. Еще бы, он слышал их разговор за завтраком, притаившись в квартире.

Или нашпиговал ее «жучками» или даже камерами, чтобы следить за ней, своим объектом, и знать обо всем, что происходит у нее в доме.

Вика подскочила и, осмотревшись, принялась срывать со стен картины, поднимать вазы, сдвигать с места мебель.